— Да что вы! — воскликнула, качая головой, но старик упертый. В общем-то, таким образом я выяснила, от кого у Дилана такой «бараний» характер. Упрется во что-то, так не отговоришь.

Дед оказался крепче, чем я думала, поэтому помог мне спустить чемодан. Я смеюсь, когда вижу, что все это время Дилан не может заставить Софи отлипнуть от него. Парень мнется:

— Ба, да все нормально с нами будет.

Старушка вздыхает. Она не верит.

Дилан поднял глаза на меня:

— Собрала?

— Ага, — цокаю языком. — А ты так и не соизволил подняться и помочь мне.

— Эх ты, — кряхтит дед, распрямляя спину. — Девушек надо на руках таскать, а ты! — махнул рукой.

Я улыбаюсь, когда Дилан берется за ручку чемодана, наклоняясь к моему лицу, и шепчет:

— Ага, до постели и обратно.

Я хмурю брови, хлопнув его по плечу, чем вызываю улыбку на его лице.

— Ладно, — выпрямляется. — Тайлер, думаю, уже заждался, — указывает пальцем на дверь.

Я быстро выхожу на улицу, ведь в каменном доме куда холоднее.

Вдыхаю полной грудью свежий теплый воздух. Запах покошенной травы приносит наслаждение. Оборачиваюсь, щурясь от яркого летнего солнца, когда Дилан выходит, а старики тащатся за ним. Софи продолжает расспрашивать его, ведь думает, что внук мог что-то забыть. Она даже список вещей составила.

Тайлер, по обычаю, надел свои солнцезащитные очки. Он сидел в машине, махнув нам рукой, и продолжил рыться в телефоне, чтобы удостовериться, что выбрал правильный маршрут до другого города, где мы сядем на самолет.

Старушка опять лезет обнимать Дилана, отчего тот закатывает глаза, но обхватывает ее согнувшееся тело в ответ:

— Эй.

— Да? — она вздыхает.

— Спасибо тебе за все.

Софи не скрывает свою улыбку. Парень отпускает ее, протягивая руку старику, чей хмурый вид говорит о напряженности. Он жмет ладонь внука, хлопнув по плечу:

— Ну, ты давай, это, удачи, — неразборчиво произносит.

— Да, и навещайте нас! — серьезно попросила Софи, хотя это скорее был приказ.

— О, нет, лучше вы нас, — Дилан качает головой, невольно взглянув в сторону дома, стоявшего по соседству.

Я не удержалась, повернувшись к зданию лицом: внешне бледные серые каменные стены остались прежними, хотя внутри все не так. Дедушка Дилана сказал, что его вскоре снесут. Я до сих пор вижу кошмары по ночам, но, проснувшись, осознаю, что все это прошло. Это заставляет меня улыбаться и с надеждой на лучшее смотреть в будущее.

— Кэйли, — Дилан зовет меня, направившись к багажнику машины, который открыл Тайлер. Я обнимаю Софи, пообещав, что позабочусь об этом «взрослом» парне, как она меня просила, «мужественно» пожимаю руку старику, после чего иду к автомобилю.

— Мы можем опоздать, — заметил Хеклин, садясь за руль. Дилан садится рядом на переднем сидении:

— Это все твоя «пунктуальность».

Я сажусь на заднее, хлопая дверцей. Оконные стекла опущены, так что я могу слышать прощальные слова стариков, которые, кажется, до сих пор не могут смириться с нашим отъездом.

Смотрю на обгоревший дом. Первый этаж, кухонное окно.

Дилан и Тайлер машут руками. Машина трогается.

Я щурюсь, но не хмурю брови, когда вижу ее.

Петра в прекрасном длинном белом платье с воротом стоит у окна, прижимая ладони к стеклу. Выражение ее лица не печальное, но какое-то опустошенное. В глазах горит тревога и жалость.

Ей больше не покинуть дом.

Отворачиваюсь, потирая колени.

Она заточена в нем до тех пор, пока его не снесут.

А когда дома не станет — не станет и этого существа, а, следовательно, мыслей. А значит и её.

Это ноша Кэтрин. Мы с ней совершенно не похожи, ведь я выбрала иной путь.

Машина неслась по длинной дороге. По обеим сторонам поля, которым не видно конца. Горячий ветер треплет мне волосы. В салоне играет музыка, которой подпевает Тайлер. Дилан умоляет его замолчать, но мужчина лишь смеется, начиная петь громче.

Я улыбаюсь, наблюдая за этой картиной.

Эти люди стали моей семьей.

Смотрю в окно, вытягивая руку, и разрезаю пальцами ветер.

Моя мать уехала в тот же день, когда я отказала ей. Она купила билет на те деньги, что у нее были, и улетела. Я не знаю, куда, не знаю, как она там, ведь прошло столько времени, а ни одной весточки не было. Я окончательно потеряла связь с этим человеком, но не чувствую, что опустошена, что мне чего-то не хватает.

Прижимаюсь к спинке сидения Дилана, протягивая руку. Парень смотрит на меня сквозь темные очки, улыбаясь, и переплетает наши пальцы. Я наклоняюсь, оставляя поцелуй на его губах, а Хеклин лишь корчит лицо: