– Георгич, ты ничего не попутал? Дело даже не в том, что я многое забыл. Ты машину за моей спиной видишь!?

Мезенцев обратил ко мне ладонями свои руки:

– Спокойно, Серега! Все на мази! Я у Пеньковского добро взял, он мне твою фамилию и назвал.

Пеньковский, главный специалист по техническому надзору и приемке работ, был главой контролирующего органа нашей стройки. Ему Борисенко сдавал сделанные объемы.

– А кто такой мне Пеньковский? Я с ним не работаю. Мой начальник это Борисенко.

– Борисенко тоже в курсе. Короче, кроме тебя некому. Все кто бы смог, загружены профильной работой...

– И что теперь, меня с машины снимают?

Мезенцев ухмыльнулся.

– Увы. Придется в свободное от работы время делать...

От немедленно возникшего раздражения, я мгновенно полез в бутылку:

– Да щас, делать мне нечего! Я просто водитель, Иван Георгиевич. Просто водитель, и на это не подписывался,- Мезенцев открыл рот, но я еще больше раздражаясь закончил, - и на слабо контрактом меня давить не надо! По основной работе пашу как вол и претензий ко мне нет.

Когда специалистов с неиспользуемой техники начали привлекать к сторонним работам, разумеется, поднялся крик, в котором опять играл главную роль оператор с харвестера, упрямый и довольно склочный хохол Саня Маценко. Заткнул ему рот как раз таки Аркадий Ярославович Пеньковский, в секунду сбросивший маску добродушного толстячка: "Господин Маценко, я даже не буду показывать вам строчки вами подписанного контракта, где вашему руководству дано право менять вам должность и место работы. Я скажу просто - кто не работает, тот не ест. Ваша зарплата напрямую зависит о сданных вахтой объемов. Все что вы делаете, будет оплачено и даст свой процент в фонд заработной платы. Если вам это не нравится, и вы хотите только в кабине сидеть - оплачивайте неустойку и обратный билет и валите нахер домой первым же кораблем. Менее принципиального оператора на харвестер мы найдем. Здесь, на руднике лишних людей нет. Работаю руками тут даже я". Касательно последнего, он для красного словца немного приврал, однако постановку вопроса все поняли. Открыто никто больше не бухтел.

Мезенцев развел руками и примирительно улыбнулся:

– Сергей, я же к тебе не шантажировать пришел! Погода испортится, работы временно приостановят, время у тебя появится. Проекты тебе, нам с тобой тоже оплатят. Отдельно. Все уже оговорено.

Я оценил финансовые перспективы, это было совсем другое дело.

– С этого и нужно было начинать. Первый вопрос - зачем, какие и против кого они нужны?

Не воспользоваться случаем чтобы узнать больше об окружающей обстановке я не мог. Одно дело лезть разнюхивать в лобовую, чего никто не любит, другое задать вполне уместный в ситуации вопрос. Мезенцев задумался. Я мысленно ухмыльнулся - прикидывать, что можно говорить, что нет, было вполне ожидаемой реакцией. Наконец Иван Георгиевич определенно решился, я поневоле сделал стойку, не сдержав любопытства. Заметивший это Мезенцев тут же внес изменения в готовящуюся речь:

– Сегодня вечером зайдешь ко мне в штабной балок, распишешься о нераспространении. Сразу говорю - ни с кем не болтать! Пожалеешь... Слово офицера даю!

Мезенцев испытующе взглянул мне в глаза. Я равнодушно пожал плечами.

– Не мальчик.

Начальник команды кивнул, принимая обещание.

– Что мои стрелки от оружия и бронежилетов далеко не отходят, заметил?

– Все заметили, сам знаешь.

– Причины предполагают?

– Знают точно, пиратоопасный район, ты сам еще на контейнеровозе довел.

– Но не знают насколько. Мы тут каждый день как на пороховой бочке живем. Оперативная обстановка в разы хуже чем ожидалось. Ребята на катерах уже с ног сбились, вокруг архипелага всякую сволочь гонять. У этих пидарасов сейчас как будто путина открылась.

Это было интересно, впрочем, ничего, что бы ни подтверждало мои мысли.

– Тогда короче, чего тебе надо?

– Сначала, противодесантный ДОТ на мысу, - Мезенцев махнул рукой в требуемом направлении - чтобы нас прямо с моря не прихватили, если катерники прощелкают. Его еще в местность придется вписывать.

– Короче говоря, тебе нужен сразу проект производства работ на огневое сооружение с проектом по месту...

Мезенцев согласно кивнул и продолжил:

– Потом минимум четыре штуки универсальных многоамбразурных сооружений по периметру постоянного лагеря, дальше посмотрим, какие и где на каких объектах ставить.

– Иван Георгиевич, а не до хрена ли огневых сооружений на два десятка твоих лоботрясов?

– Ни до хрена. Как запахнет жареным, вы тоже оружие получите. Да и еще людей с вооружением сюда завезут.

Как ни странно, мне последние слова очень понравились. Оружие это хорошо, если конечно умеешь с ним обращаться. Я умел.

– С береговой обороны, значит, начинаем.... Тогда два вопроса. Когда будем приступать, и где ты бетон с арматурой даже на один ДОТ возьмешь?

– У меня есть все.
– Заметив мой скепсис, тут же поправился.
– Немного, но есть. Оружие, бронеколпаки, бронезаслонки, арматура и даже цемент. Целый контейнер, двадцать одна тонна. Бетонное оборудование Борисенко как понадобится, расконсервирует. И со следующим кораблем нам ещё материалы придут. Дорабатывай смену, вечером зайдешь ко мне. Определимся по рекогносцировке, опять же с метеорологом надо уточнить. Или может быть, Зюзин завтра тебя подменит?