За спиной кто-то заинтересованно брякнул:

– И как?

– Объективно, наших знаний и возможностей у них конечно нет. Даже у колдунов, которые непонятно что вообще могут. Разное, знаете, всплывает, не знаешь чему верить. Но недооценивать в любом случае не стоит. Иначе я бы перед вами не сидел. В работе с людьми новое придумать сложно.

"Сидоров" обвел аудиторию глазами:

– Честно сказать, с нашей позиции эта эпидемия с последующей бойней даже помогла.
– Хмыкнул.
– Если бы ее не было, то следовало бы придумать. Народец мер как мухи, бежал в разные стороны, такой хаос и его последствия идеальны для беспроблемной инфильтрации.

Народ предпочел отмолчаться. Три процента населения обитаемого мира - счет жертв эпидемии шел на миллионы.

– Но руководство не оценило. Что вы расстреливаете корабли это не только наше спасение от большого мира, но и спасение большого мира от нас. По своим задачам вы ребята, в первую очередь карантинщики. Не мы, ни те товарищи, что в Москве сидят никакие не ангелы, но никто не хочет вешать на свою душу еще миллионы трупов, нечаянно выпустив в Хейен очередную эпидемию.

Словно услышав "Сидорова", в лагере заревела сирена боевой тревоги и сухо хрипнула радиостанция Астапова. На связь вышел оперативный дежурный:

– Скала - Остапу. Вооружайтесь и дуйте на катер, корабль с севера, идет к нам.

– Да что тут блять у нас, говном намазано?

Вырвавшийся у Бориса крик души остался позади, наша, дежурящая сегодня мобильная группа уже бежала к оружейке.

* * *

Несмотря, на чудовищное техническое преимущество изоляция так называемой "Монтегилеры" представляла собой огромную проблему для исполнителя. Достаточно сказать, что радиолокационные станции, даже будучи в рабочем состоянии, обнаруживали суда одинаковых размеров, на дистанции отличающейся на десять-пятнадцать миль. Эффективная площадь рассеяния (ЭПР) не поражающих размерами деревянных судов местной цивилизации значительно снижала возможности нашей техники. Даже когда крысы не грызли электрокабеля, что ни будь, не сгорало, или банально не глох питающий комплекс дизельгенератор. Оптические станции обнаруживали цели надежнее РЛС, но на несколько меньшей дистанции. С учетом затрат времени на выход и требования по решению вопросов с кораблем "с концами" времени всегда было в обрез. Возится с добравшимися до берега "мирными мариманами" никому не хотелось.

На той окраине цивилизованного мира, где мы прятались, понятие "мирного моряка" отсутствовало в принципе. Собственно и в более близких цивилизации местах ограбить конкурента не брезговали не только ищущие легкого заработка купцы, но даже морские трудяги рыбаки. У конкурирующих предприятий соседних городов местами доходило до натуральных морских сражений рыболовецких эскадр. Море принимало всех. Главное чтобы не оставалось свидетелей для контролирующей оба региона власти.

Наши острова являли собой самую южную группу крупного архипелага ориентировочными размерами с Филлипины. "Серебряные острова" были известны издревле, находились в жопе мира, и были в настоящий момент малозаселены, что собственно и подтолкнуло аналитиков предприятия отправить сюда экспедицию. Времена, когда за острова бились древние империи прошли вместе с истощением запасов серебра и самородной платины.

С древних времен остались одни развалины и сотнями лет промышляющее морским разбоем и междоусобицами население из потомков солдат воевавших за архипелаг армий. Раздробленность "Морских лордов", беспощадные усобицы и традиции социума, периодически прорежающие и отвлекающие их карательные рейды, а также отдаленность островов от цивилизации обещали несравнимо более спокойную жизнь, нежели попытки договорится или воевать с кагалом крупных и мелких материковых государств. Предположение, что выработанные на древних технологиях месторождения серебра и платины легко себя окупят и дадут прибыль при использовании технологий XXI века, тоже выглядело вполне логично.

Все прекрасным образом подтвердилось, причем сначала даже обошлось без войны. Профессионально подошедшие к делу руководители экспедиции начали с того что прикормили нескольких достаточно авторитетных предводителей морских банд. В итоге раздобыв более подробные, чем имелись карты "Серебряных островов" и информацию об оперативной обстановке, они не стали ни с кем ссорится, а перешли к исследованиям незаселенных кусков суши в нужной только изгнанникам южной части архипелага.

Триангуляция маячка экспедиции дала приблизительные координаты места цели, после проецирования их на Землю в Хейен вывалился обеспеченный всем необходимым кораблик. Внезапно, после исследования первой же группы островов геологи сказали - "Бинго!". Все в итоге оказались по щенячьи счастливы.

Кроме тех глупых "морских лордов" что, как пошел слушок, решили разжиться добришком глупеньких, не желающих никому мешать переселенцев с материка. Причем некоторые явно даже несколько настоятельным образом. Их наш отряд собственно беспощаднейшим образом и отстреливал. Руководство рассуждало весьма цинично - пока местная морская бандота не узнает что такое страх, разговаривать с ней будет бесполезно. А что нагонит больше страха, нежели исчезновение ста процентов вышедших в данный район кораблей? А потом можно будет и по головке погладить, на кого требуется указать, золотишка кому надо подкинуть, за изготовленное нами же вооружение и доспехи назад забрать...

В море мы снова вышли на "Летучем голландце". Лященко в этот раз согласно общего графика караулил зиндан, так что его место на сиденье приболевший в тот выход стрелок Астаповской группы, с простым русским именем и фамилией Семён Иванов. Второй и последний Иванов в отряде. Который, однако, русским был не более чем наполовину, являясь превосходным образчиком якутских сахаляров. От якутских предков у парня был цвет кожи и разрез глаз, при европеоидном типе лица, серых глазах, русых волосах, росте сто восемьдесят шесть сантиметров и атлетическом телосложении. Несмотря на заметную разницу в возрасте в тринадцать лет, мы с Семёном отлично сошлись. Парень был хорошим борцом и боксером, регулярные вечерние спарринги с которым отлично помогали разогнать жирок и вернуть тонус с боевыми навыками.