Мистер Бедфорд кивнул головой. Волнение угнетало его до такой степени, что он не мог говорить.

— Я слышал о таком. Конечно же, никто не хочет признаваться. Но ведь я же улаживаю все формальности, касающиеся браков, рождения и смертей, поэтому я также мог заметить, что что-то творится, так?

— Не понимаю теперь я, — признался я. — Так что же творится?

Мистер Бедфорд потянул носом, откашлялся и начал искать платок в кармане.

— Я мало, что об этом знаю. Только то, что говорили мне некоторые клиенты. Но многие люди считают, что Грейнитхед вовсе не является обычным городком. Многие считают, что если кто-то живет в Грейнитхед, то он сможет увидеть еще раз своих любимых умерших. Может, знаешь, что городок когда-то назывался Восстание-Из-Мертвых, пока губернатор штата Массачусетс не приказал изменить название на Грейнитхед. А назывался он так потому, что именно здесь умершие посещали живых, пока не соединялись с ними уже после их смерти.

— Значит, ты веришь мне, — потрясенно ответил я.

— А ты думал, что не поверю?

— Конечно. Я убил старушку и выдумал себе алиби в виде духа.

Мистер Бедфорд опять сложил платок.

— Ты на самом деле видел Джейн, — проговорил он. — Боже мой, как мне жаль, что меня там не было. Я отдал бы год жизни, чтобы только снова хоть раз ее увидеть.

— Ты не должен так говорить, — предупредил я его. — Эти призраки, кем бы они ни были, могут сказаться очень опасными и злобными, судя по поведению духа Эдгара Саймонса.

Мистер Бедфорд улыбнулся и покачал головой.

— А ты на самом деле можешь даже подумать, а не представить, что Джейн была бы способна поступить злобно или жестоко?

— Не та Джейн, которую я знал, но…

— Джейн никогда не обидела бы никого, при жизни или после смерти. Она была ангелом, ты сам это знаешь, Джон. Она была ангелом при жизни и такой же и осталась. Я должен рассказать об этом жене.

— Уолтер, мне неприятно возвращаться к этой теме, — сказал я. — Но я все еще не понимаю, как ты собираешься очистить меня от подозрений, если мое единственное алиби — это духи?

Мистер Бедфорд долго молчал. Потом он поднял на меня покрасневшие глаза.

— Миссис Саймонс была убита очень необычным способом, не так ли?

— Не только не обычным, но и просто невозможным. По крайней мере, я этого не смог бы сделать. И ни один человек тоже.

— Вот именно, — подтвердил мистер Бедфорд. — Наверно, я поговорю с окружным прокурором. Наверняка мы придем к чему-то общему. Он мой старый знакомый. Мы принадлежим к одному и тому же гольф-клубу.

— Ты на самом деле думаешь, что что-то сможешь сделать?

— Во всяком случае, попробую.

Он встал и отложил пачку бумаги. Он не мог сдержать улыбки.

— Я не могу дождаться, чтобы сказать все это Констанс, — заявил он. — Она же будет прямо-таки восхищена.

— Никак не пойму, чем же здесь можно восхищаться.

— Джонни, дорогой, ведь это же великолепная новость, во всех отношениях. Ну, почти во всех отношениях. Как только тебя выпустят и ты вернешься домой, мы сможем посетить тебя, ведь так? И тоже увидим доченьку, Джейн.

Я не знал, что ему можно еще сказать. Неуверенно я подал ему руку, а потом грохнулся на складной стул так, как будто кто-то приложился по моей голове толстой палкой. Мистер Бедфорд вышел. Я слышал, как скрипят резиновые подошвы его ботинок по натертому полу коридора.

Сержант снова сунул голову в дверной проем.

— Чего вы еще ждете? — бросил он. — Пора возвращаться за решетку.

Меня освободили ближе к вечеру под залог в 75 тысяч долларов. Залог внесла строительная фирма округа Эссекс, главным пайщиком которой была миссис Констанс Бедфорд. На дворе было светло, ветрено и сухо. Том Уоткинс, один из чиновников Уолтера Бедфорда, ожидал меня и отвез домой.

Том Уоткинс был молод, имел небольшие встопорщенные усики и очень легко краснел. Он еще никогда не имел дела со случаем убийства и я наверняка побуждал в нем страх.

— Я читал полицейский рапорт о смерти миссис Саймонс, — сказал он мне по пути. — Ужасающая смерть.

Я поддакнул. Я не был в состоянии рассказать кому бы то ни было, как глубоко меня потрясли события прошедшей ночи. Я все еще чувствовал себя выведенным из равновесия и при одних только воспоминаниях меня начинало тошнить. И все еще видел перед глазами эту цепь, пробившую внутренности миссис Саймонс, холодную и безжалостную, которую не могла убрать никакая человеческая сила. Что самое худшее, так это то, что я все еще был перепуган. Если дух мертвого мужа миссис Саймонс имел достаточно сил и жестокости, чтобы пробить свою жену цепью, то что Нейл может сделать с Чарли Манци? А что мне может сделать Джейн? По словам Уолтера Бедфорда было ясно, что Чарли, миссис Саймонс и я не были единственными людьми в Грейнитхед, которых посещали мигающие призраки умерших родственников.

По неизвестным причинам казалось, что в этом году такие явления происходят сильнее, чем обычно, хотя я и не жил в Грейнитхед достаточно долго, чтобы знать, что значит «обычно». Миссис Саймонс упоминала, что эти явления сильно зависят от времени года, что летом они случаются чаще и они более сильны, чем зимой. Один Бог знает, почему: может, летом воздух более заряжен электричеством, которое естественным образом усиливает призраков?

— Мистер Бедфорд вытащит вас из этого болота, — заговорил Том Уоткинс. — Вы должны только немного подождать. Он уже разговаривал с окружным прокурором, а завтра у него встреча с начальником полиции. По сути дела, полиция также не верит в вашу вину. Она не имеет понятия, как миссис Саймонс была надета на эту цепь, и вообще не считает, что это вы ее на эту цепь засадили. Вас же арестовали по формальным причинам, ну и просто, чтобы успокоить прессу.