Я попрощался с Лаурой. С попрощался и с Кайтом Ридом и женой Джорджа Маркхеме. Джорджа так никогда и не нашли. В полицейских регистрах он фигурировал как «исчезнувший, вероятнее всего убитый».

Потом наконец я поехал к дому в Аллее Квакеров, постоял в заросшем саду с руками в карманах, поглядывая в сторону пролива Грейнитхед. Вдали я видел паруса лодок и блестящее в летнем солнце воды залива Салем.

Я раскачал старые качели, пока не услышал выразительное скрип-скрип, скрип-скрип. Потом, когда я их отпустил, качели поспешно потеряли размах и неподвижно застыли.

Ветер был теплым. У меня было чувство, что весь мир как будто заново рожден. Я вышел из дома и тихо, но решительно запер за собой садовую калитку.