Они оба не сразу поняла, что Даша пришла не одна, и спохватились только тогда, когда услышали совсем рядом с дверью, ведущей в комнату, незнакомый мужской голос.

– Да, это вполне реально, – говорил низкий приятный баритон. – Чуть-чуть перенести стену, она не несущая, так что проблем не будет. И тогда открывается прямой выход в прихожую. Как скоро вы сможете освободить квартиру, чтобы мы могли начать ремонт?

Юля фурией выскочила из комнаты, за ней, чуть отставая, двигался в своем кресле Денис.

– Что здесь происходит? – строго спросила она.

– Здравствуйте, – лучезарно улыбнулся обладатель красивого баритона.

Второй мужчина деловито осматривал дверные косяки и ограничился молчаливым кивком.

– Я спрашиваю, что здесь происходит? – повторила девушка, слегка повысив голос.

– Вы кто, деточка? – ласково спросил баритон. – Вы член семьи? Вы здесь прописаны?

– Нет, но…

– Прелестно. Тогда нам не о чем с вами разговаривать.

Даша стояла, не проронив ни слова, будто ее это вообще не касалось.

– Я здесь прописан, – подал голос Денис. – И мне вы должны объяснить.

– Вам – пожалуйста. В этой квартире будет произведен ремонт. Мы сейчас составляем смету.

– Какой ремонт? Зачем?

– Затем, чтобы вы могли беспрепятственно пользоваться своей комнатой.

– Я и так ею пользуюсь, – сказал Денис. – Что вы выдумали?

– Вы пользуетесь так, что мешаете людям, проживающим в этой, – баритон обвел руками пространство вокруг себя, – комнате. А мы сделаем так, что вы никому мешать не будете.

– Но я и так никому не мешаю. Даша, я что, мешаю тебе? Ну скажи, что ты молчишь?

– Мне ты не мешаешь, – проговорила сестра сквозь зубы.

– Тогда в чем же дело?

– Дело, молодой человек, в людях, которые будут здесь жить, – наконец вступил в разговор второй мужчина.

– В каких людях? – растерялся Денис. – Я ничего не понимаю.

– Сейчас вы все поймете. Наша сестра Дарья со дня на день станет полноправной и единственной обладательницей этой комнаты, через которую вы все время проходите или, простите, проезжаете.

– Ваша сестра? – изумился Денис. – Но она моя сестра, а не ваша.

– Это только по документам, которые не имеют цены в нашем мире. В нашем мире Дарья – наша сестра, мы все ее любим, и она нас любит, – продолжал гость медоточивым голосом. – Так вот, наша сестра Дарья не будет больше здесь жить, она уезжает в общину, а здесь будет проживать один из наших братьев со своей семьей. Согласитесь, это же совершенно невозможно, чтобы вы постоянно нарушали покой своих новых соседей и проходили через их жилище.

Денис подавленно молчал. Все, о чем предупреждал их участковый Игнатов, оказалось правдой.

– Но это невозможно! – Юля выступила из-за его спины и подошла вплотную к Даше. – Денис – инвалид, ты не имеешь права распоряжаться его жилплощадью без его согласия. А он никакого согласия ни на что не давал и никаких документов не подписывал. Это все незаконно.

– Я на его площадь не претендую, – едва шевеля губами, ответила Даша. – Он остается в своей комнате. Я распоряжаюсь своей половиной. Как хочу, так и распоряжаюсь. Здесь будет жить наш брат. Суд со дня на день вынесет решение о выделе моей доли, и я смогу ею распоряжаться, как захочу. И документы у меня все в порядке.

– Но должно же быть какое-то письмо, – возразил Денис. – А письма я не получал и нигде не расписывался.

– Письмо давно пришло, я за тебя расписалась в получении, я же твой опекун. Так что срок для изъявления желания выкупить мою долю ты уже пропустил. Да ты бы все равно ее не выкупил, откуда у тебя деньги?

– Я бы у отца попросил.

– Ну конечно, так он и кинулся давать тебе такие суммы. А если ты такой грамотный, что знаешь про письмо, то, наверное, знаешь и про экспертизу.

– Про какую экспертизу? – испугалась Юля.

– Экспертизу жилья. Так вот имей в виду, что братья этот вопрос уже решили. Хочешь со мной судиться – скатертью дорожка, на адвокатах папашу разоришь, у братьев тоже адвокаты самые лучшие. А если будешь артачиться, сдам тебя в дом инвалидов. Или вон женись на своей Юльке, и пусть она тебя отсюда забирает. Урод. Калека. Всю жизнь мне испортил.

– И вообще, молодой человек, вы бы вели себя поаккуратней, – вступил баритон, – вашу проблему можно решить куда проще и быстрее, но зато менее гуманно. А так – будете жить с соседями. И вообще – будете жить.