– Семь малеков, переломы средней тяжести, двое получили травмы черепа, - Дрант веско выкладывал факты.

– А самок отпустили, чтобы они привели меня?
– задал я очередной вопрос, который заставил наступить тишину за моей спиной.

Наконец то сообразившие, что выступали приманкой, попавшись на уловку местных, Саша с Мариной замолчали, перестав наконец-то сыпать угрозами и мешать вести переговоры.

– Ты не глуп, у тебя есть деньги?
– главный троицы смотрел только на меня.

– Почему лечение так дорого?
– проигнорировав прямой вопрос, в свою очередь спросил я.

– Мед капсулы не торгуются, а назначают цену за лечение, - начав проявлять признаки нетерпения, повысил голос Дрант.

– Женя, так ты же можешь их сам вылечить?!
– подала голос Саша, начавшая соображать, что к чему.

– Ты черный доктор?
– тут-же среагировал на ее слова зверолюд: - можешь лечить?

– Надо на больных взглянуть, и на мед капсулу тоже, тогда скажу, - не стал отказываться я, просчитав, что это не такой уж и плохой выход из ситуации.

– Берем бухло и валим отсюда, - Марина по своему решила каково будет дальнейшее развитие событий.

Три стакана с виски продолжали стоять на подносе. Перелитые во фляжку, они заняли место в одном из карманов комбинезона Саши. Девушка отбивалась от нападок Марины, обещая выдать ее порцию в жилом боксе. Я шел сзади пошатывающихся подружек, сопровождаемый Дрантом и его двумя подопечными. Брать с собой на процесс излечения покалеченных пьяных детдомовок не было никакого смысла. Договорившись, что сначала мы зайдем к нам в жилой бокс, где я оставлю "самок", я удостоился сопровождения, во избежание случайных недоразумений.

После того, как за Сашей и Мариной закрылась шлюзовая дверь, я отдал команду через имплантат на ее блокировку. Раньше мне подобное даже в голову бы не пришло, но подстава, устроенная девицами, заставила пересмотреть мое отношение к нашему "равенству". Неся ответственность за совершенные ими поступки, я считал в праве ограждать себя от подобного в будущем.

– Мед капсул всего две, - спустившись аж на минус двадцать четвертый, мы оказались в, на удивление, чистой комнате.

Пара малеков уже лежала на ложементах, в одном из них я узнал хозяина бара, продолжавшего корчиться и стонать. Решив начать с него, я установил ментосвязь с капсулой, и, на всякий случай шифруясь, наложил руку на управляющую консоль аппаратуры.

Схемы, созданные мной и имеющие лицензию, предназначались для человеческих тел. Малеки отличались внешне от землян только головой, да более сутулой спиной с мощными ногами. Применив диагностику на Курибжу, я мысленно порадовался, что наши виды подпадали под один гено-вид хомо-ветки.

У хозяина бара, покалеченного мной, оказался десятый класс гражданства. Произвести над его телом какие-либо операции можно было только с согласия пациента, но мед капсула не сделала никакого запроса по этому поводу. Просматривая логи, я заподозрил, что эти мед капсулы имеют некое отличие от общепринятых в Звездной коалиции, позволяя делать с пациентами операции, даже помимо их воли.

– Могу запустить процесс регенерации, но схема лицензирована для моего под-класса хомо, - повернувшись к Дранту, сказал я и спросил: - есть базы данных на ген инженера для вашего вида?

– Смеёшься?! Я о таких даже не слышал!
– хохотнул он и став опять серьезным, пригрозил: - если не можешь помочь, то просто заплати.

Отвернувшись к капсуле, я обратился к меню, загрузив схему регенерации. После того, как мед капсула уведомила меня, что существует более совершенная схема для лечения, я чуть не заржал в полный голос, от испытанного чувства "дежавю". Для интереса я сделал запрос на список улучшений, которые имеет предлагаемая схема, но "шара" не прокатила, мед капсула осталась "глуха" к моим запросам.

"-Хрен с тобой собакин", - подумал я и запустил вместо регенерации процесс ген модификации мышечного корсета.

Стоимость схемы в более чем полмиллиона галактических крон могла объясняться тем, что подходила разным расам, но с общим ген кодом хомо. Решив это проверить, я запоздало сообразил, что опыты начал ставить не на рядовом охраннике, лежавшем в соседней мед капсуле, а на хозяине бара.

"-Блин, надеюсь он не очень уважаемый малек", - успокаивал я себя на случай неудачи.