— Они, м-м… они помогают с разгрузкой. — На этот раз ее взгляд надолго остановился на южном туннеле, и Иен сурово нахмурился. Потом Труди сообразила, что я слежу за ее лицом.

«Отвлеки их», — прошептала Мелани. Я быстро взглянула на Джейми.

— Есть хочешь?

— Угу.

— Ты когда-нибудь не хочешь есть? — поддразнил его Иен. Похоже, он снова расслабился.

Обман давался ему лучше, чем Труди. Мы добрались до нашей комнаты, и Джейми с облегчением плюхнулся на матрас.

— Ты точно хорошо себя чувствуешь? — уточнила я.

— Пустяки. Док говорит, через несколько дней все будет в норме.

Я кивнула, хотя он меня и не убедил.

— Пойду искупаюсь, — сказала Труди и вышла. Иен прислонился к стене, он явно никуда не собирался. «Когда врешь, опускай голову», — посоветовала Мелани.

— Иен? — Я разглядывала окровавленную ногу Джейми.

— Да?

— Принеси чего-нибудь вкусненького, а? — Иен пристально посмотрел на меня.

— Хорошо, скоро буду. — Он сделал ударение на слове «скоро».

Я притворилась, будто изучаю рану. Шаги Иена затихли вдали.

— Ты на меня не сердишься? — спросил Джейми.

— Нет, конечно.

— Я знаю, ты не хотела, чтобы я уходил.

— Главное, теперь ты в безопасности. — Я рассеянно погладила его по руке и тряхнула головой: отросшие волосы, которые теперь доставали мне до подбородка, закрыли лицо. Так легче врать.

— Подожди-ка, я кое-что забыла сказать Иену.

— Что? — спросил он, смущенный моим тоном.

— Один побудешь?

— Конечно, — оскорбился он, сбившись с мысли.

Прежде чем он спросил еще что-нибудь, я вынырнула из комнаты. В коридоре никого не было, Иен ушел. Мне следовало поторапливаться: он уже что-то подозревал, поскольку заметил, как я отнеслась к вымученному объяснению Труди. Скоро он вернется.

Стремительным шагом, но не срываясь на бег, я пересекла большую площадь — с уверенным видом, словно по делу. Мне встретилось всего несколько человек: Рид шел в купальню; Рут-Энн и Хайди разговаривали в восточном коридоре; Лили и Уэс, взявшись за руки, стояли спиной ко мне. Никто не обратил на меня внимания. Я сделала вид, что южный коридор меня не интересует, и юркнула туда в последнюю секунду.

В кромешном мраке коридора я бросилась бежать: ноги сами несли меня знакомым маршрутом. Я чувствовала: что-то происходит. Как в прошлый раз, когда Джаред с остальными вернулся из похода, и все ходили расстроенные, док напился, и никто не отвечал на мои вопросы. Все повторялось — от меня скрывали, что происходит. Если верить Иену, мне не надо было знать. По спине побежали мурашки: может быть, и впрямь не надо…

«Надо. И тебе, и мне».

«Я боюсь».

«Я тоже».

Стараясь не шуметь, я побежала в глубь темного туннеля.

Услышав голоса, я замедлила шаг. Вряд ли это был док: я еще не подошла к лазарету. Возвращались остальные. Я вжалась в стену и, крадучись, как можно тише, скользнула вперед, прикрыла рот рукой, заглушая звук дыхания.

— Сколько можно! — пожаловался кто-то.

Я не поняла, чей это голос. Видимо, я не слишком хорошо знала говорившего. Может, Виолетта? Знакомые унылые нотки. Значит, мне не показалось — последние сомнения были развеяны.

— Док не хотел. На этот раз Джаред настоял. — Теперь говорил Джефри, точно он, хотя голос звучал несколько иначе: в нем слышалось подавляемое отвращение. Разумеется, Джефри участвовал в вылазке вместе с Труди. Они все делали вместе.

— Он всегда был ярым противником этой затеи… — Я узнала голос Трэвиса.

— У него появились… причины, — сердито сказал Джефри.

Собеседники прошли всего в футе от меня; я прижалась к камням и замерла, не дыша.

— По-моему это мерзко, — пробормотала Виолетта. — Отвратительно. Ничего у нас не выйдет.

Они шли медленно, словно на плечи давил груз отчаяния.

До меня больше не донеслось ни слова. Я стояла неподвижно. Шаги чуть стихли, но дожидаться, когда они совсем уйдут, я не могла. Возможно, Иен меня уже разыскивает.

Крадучись я пробиралась по проходу, и при первой же возможности снова пустилась бежать. Первые проблески дневного света проникли в извилистый туннель, и я перешла на шаг. Я знала: еще немного, и покажется вход во владения дока. Я шла по изгибу туннеля, свет становился все ярче.

Теперь я двигалась осторожно, бесшумно переставляя ноги. Было очень тихо. На миг почудилось, что я ошиблась, и здесь никого нет. Вдали показался вход — белый солнечный свет лился из неровного проема на стену. До моих ушей донесся тихий стон.