Чуть позжебыл радушный для моих спутниц прием, по ходу коего меня приценивающе ощупывали лица горной национальности... Звучно прицокивая языками, они, как я понял, товосхищались моей телесной конституцией, тонаоборот - огорчались от ее ущербности...

На особку запомнилась баня с бассейном!.. Я (практически нагой)трепетно полеживал на его кафельном побережьи в ожидании своего жизнелешения, а вокруг с экзотическими танцами-плясками (как мне тогдаподумалось) самых недоразвитых племенпланеты бесновались полуголые кавказцы и нагие девицы...

Дотоле ж маявшее меня трио каннибалок, на удивление(!), в оргии не участвовало. Более того, обрекавшие меня на неминучую погибель вели себяна удивление пристойно: спиртное не употребляли, хореографически не извивались, эротическимивыкрутасамине отличались и даже не улыбались...

Более того: усевшись в установленные вряд полосатыепляжные кресла, каннибалки увлеченно просматривали скукотищнуютелепередачу о творчестве классика русской литературыГрибоедова, демонстрировавшуюся высоко висящим на белокафельной стене огромным плазменным монитором...До сей поры припоминаются, образно выражаясь, мутившие в ступе воду напыщенные литературоведы, припоминается аудитория из азартно деловитых парней и девиц, припоминаются и декламировавшие из "Горя от ума" популярные актеры...

Но более оного врезался в мой мозг образ фальшивотренькавшего на балалайке русские народные мелодии мохнатого до безобразия тучного брюнета, сидевшего в бархатных плавках на барном стуле в дальнем от меня углу почему-то не наполненного водой бассейна... Долее остального мой воспаленный взгляд был прикован именно к нему...

– Давъай знакомитса, - склонился надо мной приветливо улыбающийся пузатый среднелеток-кавказец.

– Давай-й-й-те, - переводя соловелый взгляд с балалаечника на подошедшего, выдавил я.

– ЙяМахму-уд, - последовало гортанное представление.

– С-с-снегопадов, - ознобно трепеща, взаимностью отреагировал я, - Д-д-дракулович... В-вениамин...Ж-женат. П-правдодел т-третьей категории.

Правдадэ-э-эл-л?
– многозначительно протянул Махмуд и, усердно зачесав перекрещенными руками в подмышках, добавил: - Такой эще здэс нэ был. Пыравда-пыравда, пыравдадэл нэ был. А минэ пыравдадэл ныравитса. И папа пыравдадэл ныравилса, и мама льюбыла...

Пока новый знакомец разглагольствовал о непонятно какой пользе правдоделов, мой разум вдруг буквально разнесла в ошметья скоропалительная очередь из кошма-а-арнейши-их(!!!) мыслей:"К Махмуду ж везли! Так вот он - Махмуд - предо мною! Вот он - палач мой!Что хотели ему посулить?!Мою шеину и ляжки шмат на шашлыки!.."

– Шашылы-ык будэм сыкора дэлать!
– словно уловив моихшальныхмыслей струю, торжественно сообщилкавказец, - Какой банкэт бэз шашылык?!Ныкакой. Панымаэшь?..

На тот момент я понимал, что выиграл кастинг на главную трагедийную рольв предстоящем каннибалистическом пиршестве!!!.. Умопомрачительно попонимав мизер секунд, мой разум не выдержал нечеловеческого перенапряжения и в мановение ока вновь низверг меня в темень беспамятства!..

Я очнулся на своей кровати в общаге мпаховских курсов. Тело ломило, голова раскалывалась,глаз мой единственный болезненно реагировал на ослепительный солнечный поток. Не то что шевелиться, жить было невмоготу!..

– Ну и прогульщик!
– донесся откуда-то писклявый голосок моего соседа по комнате и старосты курсаВитьки Витькина, - Нагулялся?.. Теперь за прогулы будешь неделю женское отделениепреподавательскогосортирапидорасить. Педсовет так решил.

– М-м-м, - почти беззвучно отреагировал я, ничуть не огорчившись от новости, потому как казалось, что поганей тогдашнего быть не может.

– Учебный день пропустил без остатка, - заслоняя от меня Солнце, морализировал туманно-претуманно различимыйзубрила Витькин, - Как от тебя прет перегаром!.. Где хоть куролесил?.. Только не надо про спасение утопающих водолазовили в муках разродившуюся двойней прабабушку!..

– М-м-мен-ня х-хот-тели н-на ш-шаш-лык, - с трудом вытолкнул я меж безжизненных губ.

– Х-х-ха-а-а!!!
– замахав ручонками, восторженно завопил Витькин, - Во-о-о залива-а-ае-ет!!!..

"Гандон, - мысленно охарактеризовал я оптимистичногоморалиста, - Гандон... дыроватый..."

– Ты, значит, где-то кувыркаешься в свое козлиное удовольствие.., - продолжил докучливый Витек, - а я, значит, за тебя как последний пидор перед куратором по стойке смирно обссыкайся?! Не че-е-естно! Мог отзвониться?!

– Ч-через ч-чё-ё от-тзвонить-ся?- раздраженно прошептал я, - Ч-через х-хер?
– прошептал, указующе тыча протезной пятерней в свой натуральной плоти нестерпимозудящийся пах...

"И отчего такой зуд в гениталиях?!
– посетила тревожная мысль, - И Махмуд у себя в подмышках начесывал... Не от него ли чего подцепил?!.."

– От него, от него, от него.., - подтверждающе зачастил Витька Витькин.

– О-от М-махму-уда?!
– встрепенулся я.

– Да от какого в жопу Махмуда?!
– вскипел Витек, - От ректора твоя дальнейшая судьба зависит!