– Нет. И что бы ты сделала, если бы и знал? Наняла киллера? Я уже думал об этом - это не сработает. Она человек, как ты, и люди будут скучать по ней. Особенно те, кто знал её.

Розанн Йетс была женщиной, которая причинила боль им всем, но в особенности Хану. Она предала его настолько сильно, что ему потребовалось около пяти лет напряженной работы, И он так глубоко замкнулся в себе, что так и не смог вернуться. И его ненависть к людям, к каждому из них, – всё из–за этой женщины. Он перевел взгляд на Мэри, когда та прикоснулась к его щеке.

– Он поймет, если скажешь ему кто она для тебя. Ему придется. Он не сможет разделить вас двоих, после того, как ты нашел её. И мы оба знаем, вы и без того не сможете держаться подальше друг от друга.

– Я смогу. И буду. – Он вновь открыл файл.

Мэри пристально смотрела на него сначала, но сказала ему, что когда умрет – он должен будет её отпустить.

– Я уже некоторое время жду того, когда смогу спрыгнуть с этого поезда. Ты должен отпустить меня. – Она подняла подбородок, чтобы посмотреть ему в глаза. – Думаю, я буду рядом, пока всё не уладиться, но ни минутой дольше. Тебе нужно привести её ко мне, и я дам тебе знать стоит ли тебе придерживаться той глупой мысли, чтобы не заявить на неё права.

– Стоит.

Он оставил Мэри спустя двадцать минут, чтобы найти Диланав медсестринской, разговаривающего с тремя его сотрудницами. Они не были полностью очарованы им, но вполне достаточно для того, чтобы они занялись сексом на маленьком комнатном диванчике.

Дилан и он появились в его доме с двумя ящиками холодного пива и шестью коробками большой пиццы. Дом был расположен около большой усадьбы в нескольких минутах ходьбы. Уокер очень старался удержать свои мысли подальше от красивой голубоглазой женщины в доме своих родителей. Он перевез её туда вскоре после её второго пробуждения. Он думал, что так будет лучше для всех.

Линн проснулась от запаха еды. Живот предательски заурчал, стоило сквозь полуприкрытые веки, посмотрела на приближающуюся к ней женщину. Девушка едва сдержала порыв встать и помочь той с подносом, но женщина, она предположила, что это была миссис Боуэн, не оценила бы это, зная, что этот порыв сделал бы Линн больно.

– Вот, поешь, и станет немного лучше. – Она помогла Линн сесть в постели и пристроила поднос на коленях девушки. Запястья, если верить старшему мистеру Боуэну, не было сломано, но оно до сих пор беспокоило из–за растяжения. – Если ты не против моей помощи – я могла бы помочь тебе обмыться.

Линн считала это забавным, особенно в её возрасте. Зачерпнув ложку густого бульона и, отправив его в рот, едва сдержала стон наслаждения, почувствовав вкус. Миссис Боуэн принесла пару полотенец и ведро горячей воды, когда девушка наполовину опустошила тарелку.

– Я пыталась придумать, как вымыть твои волосы, но мне так ничего и не пришло в голову. Кроме того, я не смогу дотащить тебя до ванной, да и там не на что опереться. Конечно, я могла бы попросить Джорджа помочь, но это вызовет больше проблем, нежели пользы. Аромат и всё такое.

Линн кивнула, не понимая, о чём говорит женщина.

– Мне, конечно, удалось помыть тебя, когда тебя привезли, но это было давно, и не уверена, сработает ли это сейчас.

– Хотелось бы знать, когда я смогу уехать? Человек, что был моим доктором, сказал: ты не сможешь уехать, пока я не разрешу. Чертовски уверена - это считается похищением. – Линн подумала, что тот человек был немного странным, но ничего не сказала об этом его матери. – Я могла бы вызвать такси и уехать. Мне нужно заявить на тех людей в полицию.

Миссис Боуэн покачала головой:

– Боюсь, тебе всё же придётся остаться, пока он не разрешит уехать. Он весьма потрудился, наложив тебе пару швов. Но если ты назовёшь мне имена тех людей – мы позаботимся об этом для тебя.

Линн не понравилось услышанное. Улыбка женщины не коснулась глаз, когда она сказала, что они позаботятся об Ингрэмах.

Линн со вздохом закончила с бульоном. Миссис Боуэн не поднимала тему о мужчинах, причинивших ей боль, пока помогала обмыться и сменить футболку, которая заменяла ей одежду.

– Вот так. Могу поспорить, ты сейчас просто вымотана, не так ли? Уокер сказал, что я могу дать тебе обезболивающее, если ты захочешь.

Линн отказалась.

– Хорошо, но дай знать, если передумаешь.

Девушка лежала, пытаясь дышать сквозь боль. Боль была меньше, чем пару дней назад, но её всё ещё было предостаточно. Отбросив одеяло в сторону, осмотрела ногу. Если она станет на неё всего секунд на десять – этого хватит, чтобы уйти? Шевелить пальцами ног было больно, но терпимо. А если она хочет пойти на поправку, нужно поберечь силы.