Уоррен сел. Кажется, это ему не понравится, и когда Маршалл, подавшись вперед на стуле, посмотрел ему в глаза – мужчина был уже абсолютно уверен в этом. Он чуть подался к нему. По правде, они могли говорить так тихо, что даже микрофоны не смогли бы уловить их.

– Они пантеры. – Уоррен отшатнулся, а после вновь поднялся на ноги. – Я узнал об этом не больше часа назад. Они держатся вместе, но не входят в какой-нибудь прайд. Среди них шесть мужчин в возрасте от двадцати восьми до почти тридцати шести. И ещё их родители. Второй по старшинству, Уокер, – именно тот, с кем живёт МакКрэй. Если судить по всем рассказам о нём – он хороший человек и просто великолепный доктор, да и имеет некие привилегии в большинстве больниц штата. Остальные… Все связаны с этим районом. Двое – компьютерные гении, один из них – финансовый волшебник, а самый старший – бизнесмен, второй – работает на местную полицию. Говорят, он слишком хорош для этого города, но ему нравится здесь. Все женщины только и говорят о них.

Мужчина даже не сомневался в этом. Уоррен оглянулся на своего друга.

– МакКрэй знает, кто они?

– Не знаю, но если она живёт с доктором – могу поспорить она в курсе. Вероятно, для неё это не имеет значения. – Он улыбнулся Уоррену той самой «ты охренеть как сглупил» улыбкой. – Думаю, если бы ты давно рассказал ей – Линн было бы всё равно.

– Ага, хорошо говорить, оглядываясь на прошлое. – Уоррен подошёл к рабочей части стола, достав папку, которую редко открывал за эти дни. – Она разозлится, когда узнает, что мы в курсе.

– Ага, именно. Что ты будешь делать в отношении происходящего в этом маленьком городке? Если тебе интересно моё мнение… – Уоррен посмотрел на Маршала, побуждая того продолжить. – Если тебе интересно моё мнение, я бы посоветовал тебе подождать. Посмотри, справится ли она с происходящим, и как выкарабкается на самый верх. Ты сам сказал - тебе следовало поручить ей работу в ЦРУ ещё много лет назад. Теперь для Кэйтлинн это станет отличной возможностью проявить себя и в то же время стать национальным героем.

– А если она проиграет? Тогда что мы ей предъявим? – Уоррен присел на кушетку, глядя на сад за окном кабинета. – Позволим ли мы ей самостоятельно решить это, или ворвемся с горящим оружием и решим всё сами?

– Или, – мягко произнёс Маршалл вновь, – мы можем отправиться в этот городок и помочь ей. Не сказать, что поездка в Огайо будет бесполезной. Мы могли бы отправить тебя в больницу на ежегодное обследование. Возможно, пока мы были там, подхватили грипп.

Уоррену понравилась идея. Совсем скоро это закончится, очень скоро, если то, что МакКрэй рассказала ему вчера, было каким-то намёком – он хотел бы отправиться куда-то и побегать. Мужчина вновь взглянул на дверь, подумав о том, чтобы бежать по лесу с прайдом пантер. Двигаться по лесу и…

– Сделаем это. Думаю, за неделю мы управимся. Потом ещё неделя с гриппом. – Он взглянул на стол. – И пока мы там, хочу, чтобы ты помог мне убедить её - она просто идеальный человек для этой работы.

Оставшийся разговор был об обыденных вещах. Ни один из мужчин даже не упомянул о том, что они оба были в своих убежищах, что привело бы к тому, что Конгресс просто обрушился бы на их головы, не говоря уже о том, что кто-то мог узнать, кем он на самом деле был. Вполне вероятно это дошло бы и до некоторых лабораторных крыс. Где-то час спустя, Уоррен, улыбнувшись, отключил свой телефон. Он собирался воплотить в жизнь то, о чём мечтал уже три года, с тех пор как вступил в должность. Пробежаться с кем-то, кому было абсолютно всё равно, кем он был.

И может мужчина не был пантерой, как Боуэны, а тигром, но понимал - его примут таким, каким он есть только тогда, когда узнают его человеческую сторону. Как равного. По крайней мере, он надеялся на это.

Норрис Фримэн не поднялся со своего места, пока все не покинули самолёт. Он ненавидел людей, и ещё больше ненавидел, когда все они оказывались вместе на высоте около тридцати тысяч футов, будто сардины в жестяной банке. Когда он уже доставал свою сумку с верхней полки к нему подошла симпатичная миниатюрная стюардесса.

– Сэр, снаружи Вас ожидает человек. Он спросил, были ли Вы на борту, но мы ответили, что не можем разглашать эту информацию. И от этого он не выглядел слишком счастливым.
– Норрис подумал, что вероятно именно так и было. – Может мне позвонить в службу безопасности, чтобы его выпроводили из аэропорта?

– Нет. Я позабочусь о нём.
– Она кивнула, всё ещё выглядя неуверенно. – Его сложно осчастливить. Я выйду, и он уйдет со мной. Извините за это.

Норрис не думал, что если женщина выйдет и попросит его уйти – он уйдет. Сэт Кларк не был известен как прощающий или терпеливый человек. Скорее уж, в его стиле было «стреляй первым и уходи». В своей жизни он не знал более смертоносного человека, за исключением себя, конечно же. Как только Фримэн сошел с последней ступеньки трапа, он понял, почему та женщина нервничала. Он тоже бы нервничал, не знай он этого человека.

– Господи, Кларк, в следующий раз, почему бы тебе просто не надеть табличку с надписью «Я гребанный убийца. Держись подальше, если хочешь жить». Привлёк бы гораздо меньше внимания к себе. – Норрис протянул ему сумку, спрятав девятимиллиметровый, который Сэт протянул ему. – Какую машину ты арендовал? Если это одна из этих маленьких спортивных штучек, я, черт возьми, сам убью тебя.

– Не-а. Я взял один из этих чертовых грузовиков. У него хорошая площадка для прокатки трупа и твоего багажа с модной одеждой. Какого хрена ты носишь костюм в Огайо? Они, наверное, даже не догадываются, что эта штука стоит дороже, чем они заработали за прошлый год. – Он провёл пальцем по рукаву. – Это чертова змея?