– Ага. Он был почти на одном уровне с цементным дном, когда мы поднимали его. Не знаю, как долго он там находился, если бы Миллеры задержались на день – два с их ежегодным визитом к дочери. Миссис выглянула в окно, и увидела, что он лежит там, и она завопила о кровавом убийстве. – Терренс засмеялся с собственной шутки. – Конечно, это было так, не правда ли? Я подразумеваю убийство.

Каждая капля крови в теле Конрада похолодела. Он посмотрел на полицейского, пытаясь выяснить, что ему было известно или о чём он догадывался. А вот взгляд на своего помощника сказал ему, что он такой не один.

– Убийство? Я слышал, что в отчёте это произошло из-за утечки газа? Что в её доме было такое скопление газа, что он просто взлетел на воздух. – Коп кивнул. – Тогда, что вы хотите сказать тем, что это не так?

– Не могу ничего утверждать, это всего лишь моя теория. Милая девочка, как она, чем она зарабатывает на жизнь, чтобы позволить себе купить этот большой старый грузовик? Помимо всего, он же весьма дорогостоящий. Так же были и длительные периоды, когда она просто исчезала. Днями напролет. – Коп вновь улыбнулся. – Не думаю, что она промышляла чем–то незаконным, просто это… ну… – Он сунул руку в карман, и вытащил сложенный лист. – Получил это в день, когда они появились, чтобы осмотреть место происшествия. Говорят, что правительство взялось за это дело, и мы должны отступить. Сначала это не очень нам понравилось, но я позволил им продолжить. Как эта девушка, мы все заинтересованы в правосудии в отношении её дома. Теперь, появились вы, пытаясь выглядеть как ещё один Джо Блоу [4] и задаете вопросы.

Конрад уяснил две вещи в тот момент: коп не был таким глупым, как могло показаться на первый взгляд, и он знал намного больше, чем кто–либо из них, о том, кем была МакКрэй и чем она занималась. Он попытался отшутиться, но даже сам для себя, звучал по-идиотски.

Ему в голову пришла мысль об убийстве копа. Он уже было потянулся за пистолетом, который спрятан в кобуре под курткой, но заметил ещё две полицейские машины. Когда Терренс потянулся к его жакету и вытащил его пистолет, Конрад понял, что лучше не сопротивляться ему. Он посмотрел на Нестора, но и его обезоружили тоже.

– Вы должны знать, что я работаю на правительство, и имею разрешение на ношение этого. Я хочу, чтобы его вернули обратно. – По правде, ему хотелось задушить полицейского, когда тот лишь кивнул, ухмыльнувшись. – Ты потеряешь свою работу из-за этого.

– Маловероятно. Вот в чём дело, я тоже работаю на правительство. Шеф полиции не может быть настолько высокопоставлен, как вы думаете, но я служу тому же закону… итак, я собирался сказать то же, что и вы, но думаю я иначе. – Он отдал оружие стоявшему рядом с ним полицейскому. – Видите ли, существуют некие правила. И вы нарушили их, появившись в моём городе без предупреждения. И ещё у тебя есть оружие, о котором ты мне не сказал. И помимо всего прочего – ты не нравишься мне. Теперь же… Вот как это работает: я отвезу тебя в офис, ты поведаешь мне, какого хрена, простите за мой французский, ты разнюхиваешь в моём городе.

Конрад уставился на него. У этого человека были яйца – он признает это. Прежде чем он мог объяснить или сказать копу, что тот заблуждался, смертельно заблуждался, он почувствовал пистолет у своего затылка. Медленно, он поднимал свои руки, пока пистолет перестал ощущаться так, будто он вросся в его череп, а просто соприкасался с его головой.

– Ты совершаешь огромную ошибку. Ты знаешь, кто я? – Коп кивнул, и пистолет слегка ударил его. –Ты пожалеешь об этом даже больше, чем можешь…

– Не так сильно, как ты. – Он кивнул, и человек позади него, завел его руки за спину. – Прямо сейчас, приятель, ты должен следовать моим правилам. Прямо сейчас, ты будешь сидеть в моей тюремной камере, пока кто-нибудь не придёт за тобой или не отправит мне письменное поручительство, чтобы я отпустил тебя. Но не раньше, чем расскажу им, какой же ты кусок дерьма.

Конрада усадили на заднее сидение полицейской машины, и он отметил, что Нестора усадили в другой автомобиль. Кому–то придется заплатить за это, и он надеялся, что, черт возьми, станет частью расплаты. Он начал говорить человеку, с которым ехал, что он работает на ЦРУ, когда тот обернулся и посмотрел на него.

– Если ты скажешь ещё одно слово, хотя бы одно слово – у меня есть полное разрешение высадить тебя в лесу и дать огромным кошкам порезвиться с тобой. Ты должен знать, что некоторые из них задолжали мне услугу.

Конрад не ответил, потому водитель вернулся к своему занятию.

Кошка должна ему услугу? И кто дал ему разрешение отпустить его? Конрад выглянул в окно, заметив, как огромный кот – он был уверен, что это была пантера, – вышел из леса и сел, наблюдая за ним. Когда он кивнул ему – всё на что был способен Конрад – не обоссаться. Казалось, что монстр даже оскалился ему.

Конрад не мог избавиться от этой картины аккурат до самого участка. Он понимал, что другие разговаривают с ним, но его мозги были слишком заняты, осознавая увиденное. К тому времени, как ему принесли обед, он убедил себя, что не видел ничего кроме огромной домашней кошки, и эти животные настолько глупы, что просто не понимают, нужно ли им скалиться или бежать в лес. Пришло время для звонка. И он знал, кому позвонит.

Джордж вошел в дом и тут же обернулся. Хан выглядел так, будто был готов перекусить гвоздь надвое, а после и проглотить его для лучшего эффекта. Он улыбнулся Коррин – любви всей его жизни, – и присел.

– Где, чёрт возьми, ты был? Я пытался дозвониться до тебя до самого утра, черт возьми. – Джордж кивнул. – Что, к дьяволу, это значит?

Внезапно Джордж потерял контроль. Хан мог быть лидером их семьи, но он всё ещё был его отцом. Мужчина поднялся, ухватив своего сына за загривок. Когда тот попытался вырваться, Джордж ударил его по груди кулаком.