Линн откинула голову назад, глядя на него.

– Что это было?

Он поцеловал её, дабы отвлечь, прежде чём ему бы пришлось ответить на её вопросы. На этот раз, когда он поднял голову, Кэйтлинн посмотрела на его горло, облизнув губы.

– Сделай это.

Когда Уокер вновь наклонил голову, она ухватилась за него, и прежде чем вновь смог приказать ей – она укусила.

Его член замер глубоко внутри неё, и он с силой прижал её к себе. Сотрясаясь в ней сейчас, он чувствовал, как Линн вновь кончила, и когда она вскрикнула – он прикоснулся к её рту своим, пробуя собственную кровь. Теперь они были едины. Действительно едины.

Опустившись на кровать, передвинув её так, чтобы девушка лежала поверх него, он лежал, раздумывая о том, каково это будет – быть парой. Он знал, что по закону, должен был рассказать ей всё до того, как взял её кровь, но она была настолько теплой и вкусной, что Уокер просто не смог совладать с собой. Он помедлил несколько секунд, прежде чем заговорить – ему было намного легче разговаривать с ней, когда Линн не смотрела на него.

– Я не тот, кем ты меня считаешь… Я не… Я не совсем человек.

Она хихикнула, и прежде, чем он спросил её о такой реакции, Линн заговорила:

– Я не знаю, Уокер. Ты ощущался весьма человечно со мной сейчас и прошлой ночью. Мне кажется, прошлой ночью, ни один человек не мог бы доставить мне такого удовольствия, как…

Он перевернул её на спину, нависнув над ней.

– Никто не прикоснётся к тому, что принадлежит мне.

Его зверь вынырнул наружу, желая наказать её за то, что она подумала, будто в её жизни может появиться кто-то ещё. Уокер попытался утихомирить его, успокаивая, что она не знала никого лучше, когда он внезапно оказался на полу, а Линн села в постели.

– Я не принадлежу тебя. Никому не принадлежу. И чти это, большой мальчик, секс был хорош, но я могу иметь что хочу и кого хочу в любое время, едва ли, к дьяволу, пожелав это.

Он поднялся, приблизившись к ней, когда в её руке оказался пистолет.

Уокер замер, подняв руки в поражении.

– Я не наврежу тебе.

Он поморщился, заметив, что вновь укусил её и не позаботился о ране. Кровь хлестала по её плечу и обнаженной груди. Уокер хотел опустить вниз, и попросить её дать ему попробовать её вновь. Если бы ничто не помешало им – ей стоило позволить ему обработать рану. И ему стоит заняться этим, прежде чем они уйдут.

Она встала, слегка пошатнувшись. Единственна причина, по которой мужчина не сделал и единой попытки поймать её – пистолет в руках даже не дрогнул. Ни на йоту.

– Ты должен выслушать меня. Ты не можешь больше быть рядом со мной. Человек, от которого я бегу, имеет много власти. Он убьёт тебя, если посчитает, что это важно для меня.

– А это важно? – Он знал, что застал её врасплох, потому вновь спросил, надевая свои боксёры. – Будет ли это важно для тебя, если он доберется до тебя через меня, Кэйтлинн?

– Ты понятия не имеешь, что я за человек. Я зарабатываю на жизнь тем, что хорошие люди, вроде тебя, никогда бы не сделали. – Она опустилась на край кровати, бросив на неё пистолет. – Уокер, что, к дьяволу, произошло, когда ты накричал на меня?

Он сел в кресло, решив, что это произойдет либо сейчас, либо никогда. Потянувшись, он подхватил пистолет, положив его в сумку, которую открыл несколько раньше. Не имело смысла испытывать его удачу.

– Что ты помнишь о той ночи, когда моя семья нашла тебя?
– Линн покачала головой. – Ты помнишь пантеру, которая нашла тебя?

– Да. Она была огромной и чёрной. Она смотрела на меня, будто всё понимала… Откуда ты это знаешь?

– Это был мой отец. И когда я пришёл найти тебя, когда моя мама сказала, что ты спасла папу… Я тоже искал тебя в облике пантеры. – Она фыркнула, а Уокер продолжил: – Вся моя семья – пантеры. И мой брат Хан – он занял место нашего Лидера, когда папа отошёл от дел.

– Ага, конечно. А я – Тинкербелл.
– Она откинулась на кровать, а он поймал себя на мысли, что ему хочется составить ей компанию. Поэтому пришлось дважды поправить член, чтобы испытывать не такой сильный дискомфорт. До него дошло, что она говорит что-то, и он попытался угомонить свой пульсирующий член.– Ты же не веришь в это в действительности, правда? В смысле, серьёзно? Кто поверит в подобное дерьмо? Никто, говорю тебе, никто.

– Ты хотела бы увидеть его?
– Она уставиться на него, когда Уокер поднялся на ноги. – Не беги от меня, Кэйтлинн. Если сделаешь это – вынудишь меня преследовать тебя, и вернуть обратно. – В какой–то мере, сейчас он был рад, что надел боксёры, а не штаны. Обнажившись, мужчина позволил своей кошке взять верх.

Уокер любил перевоплощаться – и совсем неважно, было ли это «из человека в пантеру» или наоборот. Он любил именно чувство изменения. Кошка двигалась по его коже, будто пытаясь поглотить его, и когда он сделал это – пришлось моргнуть несколько раз нечеловеческими глазами, прежде чем посмотреть на Кэйтлинн.