"Выход только один, чтобы узнать правду - сказать, что я теряю способности. Врачи ведь говорили, что возможно я без всякого лечения избавлюсь от сомнамбулизма. Тогда мне что-то объясняли, что травмы головы привели к нарушению нейронных связей мозга, и природа в этом случае поступает мудро, создавая другие нейронные связи, а это ведёт к разным последствиям. Например, открытию необычных способностей. Но со временем, если не тренировать эти способности, человек их теряет. Мне говорили, что это происходит в промежутке от шести месяцев, до двух-трёх лет. Так может сказать Луке, что я слабею? И посмотреть на его реакцию. Если он начнёт настаивать на тренировках, то явно ему важнее, чтобы я была сновидой. А если не расстроится, то правду говорил, заявляя, что ему было бы легче без моих талантов".

– А вообще, сначала я хочу поговорить с твоей матерью и отчимом, - отрывая меня от мыслей, сказала Мари.
– Интересно услышать её версию событий и отношение к происходящему.

– Поддерживаю, - кивнул Салазар.
– Третья точка зрения, особенно того человека, которому ты доверяешь, поможет и тебе посмотреть на ситуацию под другим углом, и нам. О, кстати, мы приехали к первому пункту пересадки, - как только он это сказал, машина въехала в большой ангар и ворота за нами закрылись.

Отъезд из Турина, Салазар с телохранителями прорабатывали особенно тщательно, чтобы избавиться от возможной слежки, и я знала, что необходимо делать.

"Сейчас мы садимся в одну из четырёх машин, и одновременно выезжаем отсюда. Телохранители на трёх машинах едут в разные стороны, а мы своей дорогой. Потом будет ещё две такие же пересадки, где так же ждут люди, служащие для отвлечения от нашей машины. После перелёт на вертолёте, а затем только, ближе к утру, сделав огромный крюк, мы выедем к аэропорту, где ожидает самолёт до Лиона. То же самое и у мамы с отчимом, но везут их другим путём, и встретимся мы только в особняке Салазара", - прокручивая в голове план ухода от возможной слежки, я вышла из микроавтобуса и села в одну из машин, вместе с Салазаром и Мари. А телохранители заняли места в других машинах, после чего ворота снова открыли и мы двинулись в путь.

В Лион мы прибыли ближе к полудню и хотя в дороге я толком не спала, всё равно решила дожидаться матери.

Сняв верхнюю одежду, я поднялась к себе и, усевшись в кресло, достала телефон. Один из телохранителей выполнил мою просьбу, и теперь у меня имелось фото Луки. Найдя снимок в одной из папок, я открыла его и задумалась. "Как же мне понять чего ты от меня хочешь? Я очень хочу верить, что нужна именно я, но ты так много скрывал от меня, что сейчас сложно довериться тебе", - сомнения и вопросы, не дающие мне покоя всю дорогу, снова вернулись, и я ощутила, что голова уже гудит от всего этого.

"Хоть бы мама скорее приехала. У неё взгляд цепкий, и она точно скажет мне что-нибудь полезное и даст совет", - подумала я и чтобы как-то занять время до её приезда и заодно освежиться, решила принять душ.

Раздевшись до белья, я направилась в ванную комнату и, встав там у зеркала, принялась рассматривать себя.

"Животика пока нет. Но тот, кто там живёт, действует уже сейчас. Рубцы и шрамы становятся всё меньше. И заметно это уже сильно. Вон, длинный шрам на ноге, оставшийся после операции уже еле виден... Хм, а тот, что был с детства на лбу, вообще исчез!" - с изумлением констатировала я, а потом улыбнулась и вслух спросила:

– Что, мой маленький эстет, уже сейчас преображаешь мамочку и хочешь, чтобы она встретила тебя в этом мире без последствий травм? Спасибо тебе большое!

Но больше всего меня порадовала голова. Уже везде, где волосы не росли, появился короткий ёжик, а шрамы стали плоскими. "Ещё чуть-чуть и я совсем избавлюсь от них, а потом смогу забыть и о парике!" - с удовлетворением поняла я и, приложив руку к животу с нежностью подумала: "Но и без всего этого обещаю, что буду любить тебя всем сердцем".

Приняв душ, я ощутила себя лучше, и головная боль прошла, а пока я одевалась, как раз приехала мама.

Услышав, что во двор въезжает машина, я быстро завязала пояс халата и побежала вниз, чтобы её встретить.

– Добрались! Наконец-то!
– радостно вскрикнула я, увидев её и отчима, входящих в холл.

– Добрались, - счастливо согласилась мама и обняла меня.

– Добро пожаловать в мой дом, - справа, со стороны кабинета вышел Салазар, а следом за ним и Мари.

– Спасибо, - немного скованно ответила мама, отпустив меня.

– Мама, Вернер, знакомьтесь. Это Салазар и его девушка Мари. Благодаря им я..., - осёкшись, я на секунду замолчала, поняв, что говорить "жива", значит волновать маму, поэтому продолжила уже более расплывчато: - В добром здравии и свободна.

– Здравствуйте, - произнесла мама, пристально разглядывая хозяина дома, а Вернер кивнул и растянул губы в лёгкой улыбке.

– Чувствуйте себя как дома. Надеюсь, добрались с комфортом?
– поинтересовался Салазар.

– О да, с комфортом, - мама улыбнулась.
– Никогда раньше не летала на частных самолётах.