— Куда-то торопишься? — подключая снятый с грузовой платформы терминал к дублирующей системе, буркнул я в ответ.

— Если ты не заметил, сейчас мы находимся в чужом болиде, — язвительно заявил альбинос. — Жандармы вполне могут обнаружить его, так скажем, неживых хозяев и объявить машину в розыск. И это ещё не самый плохой вариант — куда хуже будет, если коллеги его бывших владельцев сумеют разыскать нас первыми. Ты готов поручиться, что здесь нет сигнального модуля?

— Поехали, — не стал спорить с неординаром я и зевнул. — Вздремну пока, пожалуй...

– Просыпайся, — буркнул Сергио, стоило мне только прикрыть глаза.

— Чего ещё?

От неожиданности я дернулся и сморщился от пронзительно-горького привкуса желчи во рту. Всё, печень медным тазом накрылась. И локоть крутит. А голова, как ни удивительно, напротив — ясная-ясная. Будто проснулся утром после попойки, а похмелье ещё даже не начиналось. Вот теперь, пожалуй, точно долго не протяну.

— Пропускной пункт пролетаем, — объяснил направивший болид меж двух высоченных мачт альбинос.

— Мать твою, — нервно выдохнул я.

Если задумка Сергио не сработает, удрать отсюда у нас уже не получится. Да и моя возможная ошибка с подключением бортового терминала тоже боком выйти может. Быстрей бы уж...

По коже пробежалось непонятное покалывание, левую щёку обожгло огнём, но сигнал тревоги так и не прозвучал. На мачтах загорелись зелёные огни, Сергио направил болид на территорию «Плантации» и, сорвав прицепленное на щёку веко мертвеца, кинул его себе под ноги. Я тут же последовал примеру альбиноса.

— Готов к великим свершениям? — усмехнулся обративший внимание на мою кислую физиономию неординар.

— Сам-то не волнуешься? — потирая беспрестанно нывший локоть, спросил я.

— А чего волноваться? — удивился Сергио. — Не такая уж здесь режимная территория, да и сканеры простенькие. Просто метки отфиксировали, и всё. Даже с параметрами биополя не сверяли. На закрытые объекты так легко не проникнуть, но нам туда и не надо.

— Получается, этот фокус удался лишь потому, что у нас собственных меток нет? — Наконец-то я сообразил, каким образом удалось обмануть систему безопасности. — Иначе бы их тоже отсканировали?

— Именно. — Альбинос начал разгонять болид и, проверив показания навигационной программы, распорядился: — Пристегнись.

— Ты чего это? — выполнив приказ, забеспокоился я.

Происходящее с каждой минутой нравилось мне всё меньше и меньше. Мощный движок разогнал болид до весьма приличной скорости, и несшаяся нам навстречу громада «Мельницы» приближалась как-то очень уж стремительно. Если не свернём — того и гляди, по стене размажет.

— Помнишь расположение лифтового холла на втором этаже? — Сворачивать Сергио и не собирался. Вместо этого он начал сбрасывать высоту и лишь слегка поменял траекторию движения. — Вот и хорошо. У нас будет двадцать секунд.

— Что?! — завопил я, инстинктивно закрывая голову руками, и в этот момент с оглушительным грохотом болид врезался в одну из опоясывавших башню оконных панелей.

От сокрушительного удара меня швырнуло вперёд, потом ремнями безопасности дёрнуло обратно, и на какой-то миг я отключился.

Не рассчитанный на такие перегрузки армированный стеклопакет лопнул; нос болида смяло, словно бумажный, но лишившийся стабилизаторов и обшивки правого борта транспорт с диким скрежетом всё же вломился в образовавшееся отверстие. Изуродованная машина прокатилась с десяток метров, вспарывая брюхом пол, и уткнулась в стену совсем рядом с лифтами.

Выпрыгнув из лишившегося лобового стекла болида, Сергио в один прыжок подскочил к дежурившему в холле охраннику, который просто опешил от неожиданности, вырубил его и подтащил к двери лифта. Дальнейшие манипуляции мне в деталях рассмотреть не удалось, но когда я кое-как поднялся с усыпанного битым стеклом пола — попытка выбраться из транспорта окончилась весьма болезненным падением, — лифт уже был открыт.

— Марк! — рявкнул на меня альбинос и закинул в лифт охранника, будто это был набитый старым хламом баул, а вовсе не живое существо. Впрочем, живое ли? Да нет, ворочается... — Бегом!

Бегом не получилось. Ноги подгибались, голова кружилась, отбитая грудная клетка горела огнём, не давая как следует вздохнуть. Волочившийся же сзади по полу рюкзак с алхимическим зарядом потрошителей и вовсе делал моё передвижение похожим на маневры забывшего вытравить якорь корабля.

— Живей! — рванул меня в лифт неординар и сразу же утопил клавишу «–2» на панели управления. — Отставание от графика пять секунд.

— Какого, нах, ещё графика? — закашлялся я, опасаясь даже прикоснуться к немилосердно болевшей грудине.