– Ублажать гоблинов пивом сомнительное занятие, - скривился староста, - но, если мы уйдём, выпьют, не сомневайтесь.

– Ладно, дальше, - продолжил Женя.
– Если вы покинете деревню, много ли из гоблинов отправятся в погоню, да и вообще займутся деревней?

Мужчины задумались.

– Думаю три четверти как минимум, - ответил за всех Сатар.

– На какие потери вы готовы пойти, чтобы разрешить ситуацию?
– как-то буднично спросил философ командира ополчения.

– А какие возможны?
– грустно и немного насмешливо скривился мужчина.

– Ну... если скажем ради разрешения конфликта погибнет около десяти ополченцев? И не подумайте, мы рискнём своими жизнями наравне с вами.

– Эй, Женя, ты сейчас распоряжаешься чужими жизнями, ты это понимаешь?
– очень серьёзно проговорил Коля.

Хотя во многом гопник являлся тем ещё сорвиголовой, но по многим вопросам имел твёрдую и весьма человечную позицию. Гопник старой школы в общем. Марина закивала ему в поддержку, Юра с Эритой просто слушали.

– Я распоряжался чужими судьбами всю свою зрелую жизнь, - мрачно проговорил Женя, - и сегодня первый раз делаю это во благо, - серьёзно посмотрел он на товарищей. И ставлю вопрос таким образом лишь по причине понимания, что за месяц осады погибнет куда больше народу. И ещё, стоит быть абсолютно честным, - подмигнул философ Юре, - я хочу этот посох.

– Если план стоящий, мы на него пойдём, - кивнул Сатар, - а сколько людей погибнет - решит наша сила, боги и судьба, - заключил капитан ополчения.

– Я понял вас, - кивнул Женя, - исходя из Юриного рассказа и своего видения ситуации, я предлагаю вам следующее. Оставить деревню. Женщины, дети и прочее небоеспособное население должно уйти на безопасное расстояние, а все, кто может эффективно держать оружие, захватят поселение гоблинов пользуясь тем, что основные их силы будут бесчинствовать здесь или отправятся в погоню. И уже в нём встретить основные силы врага и уничтожить их используя тактические хитрости.

Возникла пауза, все задумались.

– Это возможно, - наконец кивнул Сатар, - переглянувшись с остальными деревенскими, - вот только 10 ополченцами мы не отделаемся, и опять же, когда к нам придут 150 разъярённых гоблинов, оттуда, в отличии от деревни, мы сбежать не сможем.

– Эрита, переведи с использованием местных понятий, - попросил Женя девушку.
– Представьте, что мы с гоблинами играем в шахматы. Вы говорите, что у обоих противников равное количество фигур, однако я предлагаю начать игру, лишь когда все наши пешки станут ладьями, а количество фигур противника сократится вдвое, однако прежде необходимо многое уточнить и проверить. И конечно же огромную роль сыграет слаженность и своевременность наших действий. Но тут мы в выгодной ситуации, ваше ополчение уже сработано и имеет необходимые навыки. И прежде чем начать, нам как минимум необходим живой гоблин и некоторое количество химических и растительных компонентов. Эрита, спроси нет ли у них следующего...

Женя начал перечислять название каких-то растений, многие из которых звучали на латыни. По большим глазам Эриты философ понял, что занимается чем-то не тем.

– Ладно, - подытожил он, - переведи, что нам нужен живой гоблин, а мне необходимо прогуляться по лесу с опытными проводниками и небольшой охраной и это Коля, пошли пить пиво...

– Чё правда?
– поразился гопник.

– Правда, - кивнул Женя, - прежде чем спаивать маленького бедного гоблина, я хочу узнать насколько твоя кровь портит вкус местных хмельных напитков... Пить кстати будешь ты, как эксперт в этом деле, - ухмыльнулся философ.

***

– Даже не верится, что мы в осадном положении, - ещё раз огляделся Юра и посмотрел в просторное окно «деревенского люкса».

В деревне имелась отличная таверна. Да какая таверна - большая гостиница с просторным рестораном внизу. Ладно, не рестораном конечно, а большим залом со столами, стойкой, входом на кухню за ней, лестницей наверх и прочими штуками, положенными классической таверне. Но всё перечисленное выглядело столь просторным и светлым, взять хотя бы большие арочные окна, что слово таверна порывалось отвалиться от этого места. А название «Кабаний хвост» не шло заведению совершенно.

– А давайте переименуем её в "Дом полевых фей", - оглядев временное пристанище, предложила Марина товарищам.

На что практичный Женя немедленно подметил:

– Как же мы её переименуем, если она не наша?

– А вот победим всех гоблинов, и попросим переименовать, - немедленно нашла выход Марина.

– Разве что, если так, - заулыбался Женя, что прибывал вчера, да и сегодня, в неожиданно хорошем настроении.

Но это всё было вчера, а сегодня Юра и Марина скучали в местной Таверне, что представляла из себя большое квадратное здание, с вынутым с центра квадратом поменьше - удобным двором. Тем самым двором, в котором Юра «отдыхал» вместе с гоблинами. Товарищей разместили в огромном номере с несколькими отдельными спальнями и большой гостиной, объединяющей эти спальни. В этой гостиной, за большим овальным столом, и сидели сейчас молодые люди.

Юра чувствовал себя не очень, обычно после арбалетного болта в спину умирают, но магия и всё такое. И хотя боль в спине постепенно уходила, болело нифига не по фентазийному. Рядом с ним сидела понурая Марина, настроение у девушки было отличное, но вот сил следовать настроению не имелось. Целительница заработала то самое ментальное истощение, о котором настоятельно предупреждала Эрита. То есть потратила чуть больше маны, чем имела в свободном распоряжении. Благо случай выдался не тяжёлый и, по заверению Эриты, дня через три целительница должна прийти в себя. Но всё равно обидно, так как Женя, Эрита и Коля с утра отправились в лес с группой деревенских ополченцев, а молодых людей оставили в деревне зализывать раны.