В спальне Костя мягко опустил ее на кровать и стянул с плеч пиджак, не отводя взгляда от Оксаны. Он вновь склонился над ней, нависая и заставляя лечь полностью, и снова поцеловал. Рука скользнула под спину и выгнула ее тело в пояснице, чтобы быть ближе и показать свое желание. Почти нехотя, мужчина оторвался от мягких губ и скользнул ниже по подбородку, щекам и к шее. Оксана млела под его прикосновениями и ненавязчивыми поглаживаниями сильной ладони по бедру, спускающейся все ниже по ноге к подолу платья. Но это было так приятно, что даже прежний страх и неловкость исчезли. Ее тело так давно не получало ничего подобного, истосковалось по ласкам и мужчине. Поэтому Оксана просто решительно отбросила все сомнения и отдалась тому, что происходило сейчас между ними. Ее пальцы продолжили расстегивать рубашку, а потом всей ладошкой она прошлась по горячей коже на крепком теле любовника, наслаждаясь им в полной мере. Костя встал на колени и скинул сорочку с плеч, глядя на нее сверкающими горящими глазами. Она же смотрела на него с наслаждением и ожиданием. Мужчина заставил Оксану повторить свою позу и снова поцеловал, заводя руки ей за спину и расстегивая молнию платья. Девушка повела плечами, помогая стягивать его, а со стройных ног он его буквально сорвал, желая как можно быстрей обнажить ее и посмотреть.

На Оксане были телесного цвета чулки и такое же белье с темным узором. На ее бледной коже это смотрелось почти вызывающе. И невероятно возбуждающе. Тело девушки было прекрасным: полная грудь, тонкая талия и округлые бедра. Волосы высыпались из прически и рассыпались по подушке. Глаза Оксаны затянуты поволокой с ноткой волнения, губа прикушена, а на щеках неизменный румянец.

– Ты прекрасна, - тихо произнес Костя, заворожено разглядывая девушку.

Казалось, что от комплемента Оксана смутилась еще больше, она подалась вперед и притянула его в свои объятья, пряча тело от горячего взгляда. На это Костя лишь рассмеялся, накрывая губы жарким поцелуем. Его ладони смело заскользили по телу женщины, лаская и будоража, а губы становились все напористей. Они скользили по лицу, по шее, оставляя красные следы на тонкой коже. Пальцами он подцепил бретельку лифа и мягко стянул ее с плеча, тут же покрывая его множеством невесомых поцелуев. Так же он поступил и со второй. А потом просто избавился от преграды к мягкой плоти. Оксана глубоко дышала, млея и постанывая от его ласк и прикосновений. Ее колени уже давно сжимали его талию, побуждая к дальнейшим действиям, но он лишь усмехался, не торопясь и наслаждаясь каждой секундой. Девушка никогда не ожидала от себя подобной темпераментности. То ли дело было в долгом отсутствии близости с мужчиной, то ли в самом Косте, но она уже почти изнывала. Губы мужчина скользнули к едва округлому животику, а пальцы потянули вниз белье. Он бросил на не лукавый взгляд и резко опустился еще ниже. Оксана выгнулась и тихо простонала от нежности и интимности его прикосновения к самому сокровенному. Пальцы запутались в его темных волосах, то ли отталкивая, то ли притягивая ближе. Крепкими руками Костя удерживал ее бедра, лаская влажную плоть и наслаждаясь сладкими стонами и вкусом. И остановился, лишь почувствовав, что партнерша на грани. За полминуты он избавился от остатков своей одежды, вновь нависая над телом Оксаны. Поцелуй был жадным, глубоким и властным. Рука мужчины крепко удерживала прелестную головку за волосы, пока язык напористо завоевывал территорию. Девушка лишь стонала в его губы, потираясь своим телом о его, желая получить больше.

Костя оторвался от припухших губ Оксаны и потянулся к тумбочке за презервативом. Девушка мутными глазами следила за его действиями, сжимая в ладонях простынь и учащенно дыша. Еще один поцелуй был мягким и медленным, как и его проникновение в ее влажное лоно. Оба тихо простонали от яркости и упоительности этого ощущения. Оксана сильно сжимала его своими внутренними мышцами глубоко в себе и наслаждалась этим ощущением наполненности и восторга. А мужчина просто смотрел на нее и запоминал ее такой: живой, прекрасной, желающей и своей. Она прижималась к нему каждым соблазнительным изгибом своего тела, горячо дышала в его губы и тихонько шептала "еще".

Хотелось сорваться на бешеный ритм, вбиваться в ее тело, заставлять ее кричать. Но Костя сдерживал эти желания, оставляя их на потом. Сейчас он хотел подарить ей только нежность, только ласку и внимание. Для страсти и дикости еще вся ночь впереди. Он мягко толкнулся внутрь, потом еще раз. Его глаза не сводили взгляда с малейших изменений на красивом лице Оксаны, ловя каждую эмоцию. Плевать было на собственные желания и потребности. Сейчас только она одна была важна для него, ее удовольствие.

Впервые за долгое время Оксана чувствовала себя живой. Живой и желанной. Костя был невероятно нежен, осторожен и внимателен. Он двигался мягко, неспешно, и оттого мучительно медленно подводя ее к грани, которую так хотелось поймать. Его дыхание опаляло то ее губы, то шею, потом грудь. А руки были везде. Он выгибал ее навстречу каждому своему толчку, заставляя стонать и извиваться, просить о большем. Она совершенно забыла о стыде или смущении. Такой она не была уже очень давно, и оттого так сладко сейчас это было - отпустить себя.

Костя был в восторге от того, как отдавалась Оксана - целиком, полностью, без стеснения и смущения. Сейчас он ее видел такой, какой еще никогда прежде - открытой, смелой, требовательной и напористой. И такая она ему нравилась не меньше чем та другая - нежная, тихая и спокойная. И этот контраст сводил с ума. А еще ее стоны и просьбы. Поэтому под конец он все же сорвался, забыл о намерении быть сдержанным: движения стали сильными, резкими и быстрыми. Собственное тело требовало разрядки, и он шел к ней, сминая под собой податливое тело Оксаны. Губы снова были настойчивыми, а руки сжимали почти до боли. Но им обоим это было нужно.

Уже приходя в себя после фантастического финала, Костя укорил себя за несдержанность. Но довольное, светящееся лицо любовницы тут же его успокоило. Да и какая сдержанность, когда сама Оксана так громко стонет и просит "еще", так крепко обнимает и сладко целует.

Мужчина мягко прижимал к себе девушку, водя пальцами по ее влажной коже на спине, и ощущая ее дыхание у себя на груди. И этот момент был таким приятным, таким сладким, что расставаться с ним не хотелось совершенно. Хотелось вечно держать в руках эту женщину и тихо шептать ей на ухо "моя". Но позволит ли она подобное? Он очень сомневался.