– Ну, конечно. Если тебе нравится, то мне понравится по определению. Впрочем, я не удивлена. Все, я спать.
– Я отворачиваюсь и отодвигаюсь на самый краешек кровати. И плевать, что спать мне абсолютно не хочется. Я все равно буду притворяться спящей, чтобы только забыть твои слова, поцелуи и поступки. Только чтобы ты в очередной раз не видел слезы, которые стали так привычны для меня в последнее время.

***

– Проснись и пой! К тебе гости, куколка!
– Ты дергаешь меня за плечо, и я только сильнее прячу лицо в подушку. С этим перелетом и эмоциональными потрясениями, я все не могу прийти в себя даже физически. Я заснула на рассвете, и теперь совершенно не хотела видеть каких-то… гостей?! Я резко распахиваю глаза, только чтобы увидеть потрясенных Елену и Бонни, стоящих на пороге моей комнаты. Сначала я не понимаю, чем вызвана их странная реакция, а потом обращаю внимание, что ты не удосужился даже надеть рубашку и расхаживаешь в одних джинсах. Супер, и на том спасибо. Зная тебя, я не удивилась бы, если бы ты встретил их голым.

– Оставляю вас одних, дамы. Куколка, за тобой приедет машина через три часа. К тому времени будь готова.
– Ты выходишь, на ходу натягивая футболку и оставляя меня в гнетущей тишине. Что мне говорить? Как объяснить? Как оправдаться?

– Привет, девочки. Садитесь.
– Я смущенно улыбаюсь, сажусь, выше подтягивая простынь, хотя и уверенна, что и Бонни, и Елена замечательно догадались, чем мы с тобой занимались ночью.

– Кэролайн… - Елена первая приходит в себя, садится на кровать, крепко обнимает меня, и я уже не в силах сдержать слез, когда слышу ее шепот: - Ну, как же так? Почему ты соврала? Почему не сказала, что ты с ним? Мы бы что-то придумали!

– Ничего тут не придумаешь, Елена. Я дала слово, и я буду с ним. Пока он не говорит об отъезде, а дальше будет видно.
– Я отстраняюсь, рассеянно отмечая, что Елена немного изменилась, в свои девятнадцать она выглядит уже абсолютно взрослой женщиной, в то время как я так и застряла в своих семнадцати.

Три часа пролетели очень быстро. Девочки рассказали мне, наверное, обо всех знакомых и не очень жителях Мистик Фолс, успели вспомнить наше детство и школьные годы, рассказать о выпускном, о дальнейших планах. А я просто слушала и понимала, что никогда не расскажу им про нас. Это и чересчур больно, и до безумия странно одновременно. Я просто сама не знаю, как об этом рассказывать, да и они не готовы воспринимать это.

Они ушли, дав мне слово, что будут беречь себя и не будут пытаться вызволять меня из твоего плена. Они возмущались, спорили, но в глубине их глаз я видела облегчение. Я избавила их от необходимости рисковать самим и вовлекать в это своих близких. Они осознавали, что я уже потеряна и нельзя больше обсуждать со мной личные планы за чашкой чая. Я просто расходный материал, случайная жертва, почти героиня. Я больше не с ними. Я не с тобой. Я просто застряла где-то на тонком канате над пропастью, и нет мне пути ни назад, ни вперед. Я либо буду одна сохранять равновесие, пока не лишусь рассудка. Либо сорвусь вниз и наконец-то обрету покой.

***

– Как тебе?
– Мы стоим в огромном холле твоего или, как ты упорно твердишь, “нашего” дома, и я старательно сдерживаюсь, чтобы широко не открыть рот в изумлении. Я привыкла к твоей привычке жить в роскоши, окружать себя старинными безделушками, но это здание не сравнится даже с домами в Англии и Франции. Дом стоит на окраине Мистик Фолс, как огромный гигант, отделившийся от компании убогих лиллипутов, которыми теперь представлялись мне все остальные, типично американские, постройки.

– Как в музее.

Ты только хмыкаешь, присаживаясь на диван, я же поднимаю взгляд, рассматривая огромную люстру, с сотнями свечей, величественно украшающую потолок.

– Да, я решил, что в Мистик Фолс не хватает чего-то значительного.

– Угу, или проще говоря, ты просто решил похвастаться перед моими друзьями.
– Я многозначительно приподнимаю бровь, ты же только пожимаешь плечами.
– Кстати, все хотела спросить, почему мы не уезжаем? Не думала, что ты захочешь задержаться здесь.

– У меня появились кое-какие дела, связанные с этим городом. Поэтому мы задержимся. Я даже иногда буду разрешать тебе видеться с подругами.

– Как великодушно.
– Я ядовито шиплю, понимая, что ты скрываешь от меня что-то. Я уже намереваюсь подняться на второй этаж, когда меня догоняет твой отклик:

– Ах, да, куколка, составь мне список людей, которых ты хотела бы увидеть. Завтра у нас небольшой прием.
– Я оборачиваюсь к тебе, пытаясь по твоим глазам понять, что же ты задумал, но ты уже читаешь газету, упорно игнорируя мой взгляд. Потрясающе, вот теперь и думай список кого я составляю - гостей или смертников.

========== Глава 21. Доверие ==========

Небольшой прием? Серьезно? Да уж, твои представления о скромной вечеринке явно отличаются от моих. Это я понимаю утром, когда выйдя в коридор, обнаруживаю толпу снующих туда-сюда людей, которые что-то носят, переставляют, убирают, украшают.

– Доброе утро, дорогая.
– Я подскакиваю не столько от того, что ты напугал меня, подкравшись, а больше из-за этого твоего “дорогая”.

– Доброе… - Я оборачиваюсь, прищуриваю глаза, пристально всматриваюсь в твое лицо, но ты только мило улыбаешься, невинно хлопая ресницами. Да-да, прикидывайся больше.
– У тебя хорошее настроение?