Не проходит и минуты, как открывается дверь, и входит группа женщин.

Блять.

– Подумал, нам придется по душе компания, - говорит Рай. Может, парень и музыкальный гений, но он также типичный кобель в отношении секса.
– Ну, знаете, это поможет нам снова объединиться.

Женщины красивы, хорошо одеты и очень интересны. Несколько месяцев назад я был бы двумя руками "за". Теперь же злюсь, что не могу провести и десяти минут с друзьями без посторонних. Я даже не задумываюсь о своем члене. Он не у дел.

Странно то, что Уип и Джакс тоже, кажется, не слишком полны энтузиазма. Уип выглядит так, словно ему больно, его взгляд бросается к танцполу в основном зале, а затем парень сжимает руки в кулаки на столе. Джакс просто смотрит на всё это без эмоций. Но когда наши взгляды пересекаются, он стирает данное выражение со своего лица, откидывается на спинку и раздвигает бедра, освобождая место для девушки. А затем хватает одну из них за талию и притягивает к себе на колени.

– Дамы, - говорит он.

Девушки хихикают.

Этот звук будто царапает мою кожу. Когда остальные женщины располагаются за столом, проталкиваясь в кабинку, я поднимаю руку.

– Постой, - говорю, обращаясь к очень симпатичной брюнетке в почти прозрачном шелковом платье.
– Мне нужно пописать.

Классика. Это дает желаемый результат. Ее нос морщится, и она спешно убирается с моего пути. Но эта гримаса быстро исчезает с ее лица.

– Поспеши обратно. Не могу поверить, что буду зависать с Киллианом Джеймсом.

Не будешь. Но я не поправляю ее.

Просто выхожу и направляюсь к выходу.

– Подожди, - Уип оказывается рядом.
– Хочешь пойти в основной бар?

Мне хочется спросить у парня, почему вдруг ему не интересно зависать с девочками, ведь он еще больший игрок, чем Рай. Но затем я задаю этот же вопрос самому себе. Так что просто киваю.

Бар полон народа, люди натыкаются на нас. Но в этом есть и некая анонимность. До тех пор, пока мы не установим с кем-то визуальный контакт, нас никто не тронет.

– Я привык к тому, что меня не узнают, - говорю ему, пока мы пьем пиво.

– Я тоже, - он смотрит на пустую сцену.
– Мне это типа нравилось.

– Но ты всё равно хочешь вернуться.

– Должно быть, я ненасытен относительно поклонения, - Уип встречается со мной взглядом.
– А ты?

Я размышляю над этим в течение секунды. Скучал ли я по своим фанатам тоже? В моих руках и позвоночнике появляется странное напряжение. Я бросаю взгляд на сцену, и мое сердце стучит быстрее.

– Я скучал по этому.

Я не упоминаю о том, что мне еще и страшно. Было бы так просто позволить потребности этого поглотить всё остальное.

– Ага, - он делает глоток.
– А по всему остальному? Сейчас я чувствую себя старым.

На это мне приходится рассмеяться.

– Старым и скучным.

– Возможно, - парень качает головой.
– Мне хочется чего-то настоящего. Вернуться в то место, где мы были, когда написали "Апатию".

Место истины. У меня было такое с Либби. Я чувствовал это, когда мы пели. И я хочу вернуть это чувство. Хочу вернуть это рядом с ней. Делает ли это меня эгоистичным? Не знаю. Но груз сожаления давит мне на плечи. Я отступил, дал ей пространство. И это кажется ошибкой.

А я натворил немало ошибок в жизни. Ставлю бутылку на барную стойку, ощущая кислоту в животе.

– Хочу, чтобы ты послушал песни, что я написал, - говорю Уипу.
– Думаю, их можно сочетать с тем, над чем работали вы с Райем.

Уип медленно улыбается.

– Мы сделаем это? «Килл-Джон» перезагрузится?

Предвкушение, словно приятное жужжание, лижет меня языками изнутри. Больше ни капли сожаления. Стремительно движемся вперед.

– Ага, мужик. Сделаем.

Либби

Я погрязла в вечеринке жалости к себе, лежа в одиночестве на диване и глядя в потолок, когда кто-то постучал в дверь. От этого мое сердце моментально пускается вскачь, и, стыдно признаться, но мне нужно, чтобы это оказался Киллиан.

Однако несмотря на данную потребность, я долго сижу на месте, пытаясь остановить дрожь.

Еще один стук раздается в тишине дома. Мои ноги подкашиваются, когда направляюсь к крыльцу. Снаружи, на подъездной дорожке, стоит арендованный автомобиль. Во рту пересыхает, ладони потеют. Они скользят по ручке, когда я открываю дверь.