Экзамены наступили как-то резко. Я не успел опомниться, а уже стою в очереди студентов на сдачу СОВ по Чарам.

– Адамс, пройдите к профессору Марчбенкс, – произнёс выглянувший из кабинета Флитвик.

Я подошёл к одному из экзаменаторов, низенькой морщинистой старушке, Гризельде Марчбенкс.

– Мистер Адамс? – добродушно спросила старушка. – Знавала я одного Аддамса, сильный волшебник... Поднимите в воздух этот стакан.

Экзаменатор указала на стакан, стоящий на столе. Я решил выпендриться, всё равно в Англии задерживаться не собираюсь, а так, хоть будут хорошие оценки при поступлении в другую школу.

Поднимаю правую руку и невербально активирую заклинание через перстень. Стакан взмыл в воздух и плавно прилетел мне в руку. Это действие приковало ко мне пристальное внимание всех присутствующих: старичка, сидящего за соседним столом, старушки Марчбенкс и Филиуса Флитвика, а также, Дина Томаса с Гриффиндора, сдающего экзамен старику. В зале наступила полнейшая тишина, а такие удивленные лица стоили того. Не останавливаюсь на достигнутом, переворачиваю кисть ладонью вверх и стакан зависает над рукой. Движением кисти отправляю его по воздуху обратно на стол.

– Браво! – радостно произнесла Гризельда. – Это было великолепно! Мистер Адамс, а продемонстрируйте нам какие-нибудь самые сложные чары из известных вам.

– Хорошо.

Достаю волшебную палочку и вывожу привычную вязь заклинания Незримого расширения, которое накладываю на всё тот же стакан, вложив в него треть магических сил.

– Великолепно! – обрадовался Флитвик. – Это выше уровня ЖАБА. Что же вы, мистер Адамс, скрывали свои таланты на моих занятиях?

– Так я для себя занимаюсь, а не ради баллов, профессор Флитвик.

– Спасибо за прекрасную демонстрацию чар, юноша, – добродушно произнесла Марчбенкс. – Вы свободны.

Письменные экзамены благодаря улучшившейся из-за занятий окклюменцией памяти я сдал легко, и надеюсь, что хорошо. Больше сил ушло на то, чтобы писать выданным пером, не оставляя помарок.

Экзамен по трансфигурации у меня принимал пожилой сурового вида волшебник, профессор Торфи.

– Мистер Адамс, продемонстрируйте нам превращение живое-живое вот на этом хорьке, – произнёс он.

Сколько собак за этот год я создал, чтобы потом уничтожить, даже не поддаётся счёту, под конец уже создавал лошадей. Поэтому когда я без напряга превратил белого Хорька в вороного жеребца, все экзаменаторы, в том числе и Макгонагалл, были поражены.

Гербологию я сдал без проблем, иначе и быть не могло.

На ЗОТИ продемонстрировал чёткое выполнение щита Протего.

– Замечательно, – произнёс экзаменатор, профессор Торфи. – А сейчас, посмотрим, как вы справитесь с богартом. Вот шкаф. – Он указал на нужный предмет мебели.

Я спокойно справился с богартом, только вот вместо того, чтобы использовать Ридикулус, применил заклинание изгнания.

– Хм... Замечательно, мистер Адамс! – радостно произнёс Торфи. – Только не стоило уничтожать учебное пособие.

– Простите. Просто дома держать богарта нет смысла, постоянно отгоняя оного смехом, вот меня так и учили.

– Восхитительно! – произнёс Торфи. – Мистер Адамс, вы можете идти.

Руны и Нумерологию сдать было просто, поскольку там был лишь письменный экзамен и устное общение с преподавателями.

Зельеварение у нас вновь принимала Гризельда Марчбенкс.

Мне достался Универсальный антидот, который я сумел сварить почти идеально.

Самым жутким экзаменом для меня была Астрономия, по крайней мере, теоретическая её часть, поскольку на небе нужные звёзды найти могу, как и спокойно рассчитать углы по секстанту.

А вот на практической части экзамена астрономии, который проводился ночью на Астрономической башне, состоялось нечто невообразимое. Хагрида пришли вязать шестеро авроров.

– Будьте благоразумны, Хагрид. Сдавайтесь! – выкрикнул один из авроров.

– Черта с два, Долиш! Так просто вы меня не возьмете! – заревел Хагрид в ответ.

Хагрид стал сопротивляться и раскидал авроров как цыплят. Бедные бобби летали по воздуху метров по пять и падали как мешки с навозом, не подавая признаков жизни.

И вот этого ревущего как медведь монстра, дети считают добрым другом? Он же жуткое и опасное чудовище! К тому же на лесника не действовали парализующие заклинания, которыми авроры пытались его остановить.