В эту субботу у третьего и четвёртого курсов были лишь уроки в первой половине дня, поэтому я встретился с Джинни и Колином после обеда возле библиотеки. Там уже сидел Крам с какой-то книгой, с другой стороны длинного стола Гермиона Грейнджер корпела над старинным талмудом, Крам бросал на неё подозрительные взгляды, словно хотел завалить прямо на столе. Мне припомнился бред, который нёс Дурмстранговцам, повествуя о Грейнджер.

Неужели русские пересказали Краму ту историю, и он захотел с Гермионой... О, Будда! Он что, извращенец-копрофил? Не думал, что шутка обернётся таким образом. Но я бы отдал сотню галеонов, лишь бы посмотреть на тот момент, когда Виктор подойдёт к Грейнджер и предложит поучаствовать в ночи с использованием ГАВНЭ...

Стайка девушек скрывалась за стойкой с книгами, и подглядывали за Крамом. Удивительно, как мадам Пинс не разогнала всю эту шоблу.

– Так, Джинни, жди знака. Я дам отмашку левой рукой, только тогда начинай. Вначале Криви должен сделать нормальные колдографии одетого Крама. Колин, не прощёлкай момент.

– Сделаю всё в лучшем виде, – ответил Криви, не отвлекаясь от настройки камеры. – Я готов.

Я и в компании Криви зашёл в библиотеку и мы направились прямиком к Краму, Джинни шла немного позади, делая вид, что она не с нами. Виктор заметил нашу процессию и немного напрягся.

– Добър ден, Виктор,* – говорю парню на болгарском, который оказался удивительно похож на русский язык. – Съжалявам, че ви безпокоя**.

(* – Добрый день, Виктор. ** – Извините, что отвлекаю вас.)

– Знаете ли български език***? – удивлённо вскинув брови, спросил Крам.

(*** – Вы знаете болгарский язык?)

– Не. Знам, че на руски език. Българската лошо. Четох една фраза книга****.

(**** – Нет. Знаю русский язык. Болгарский плохо. Читал разговорник.)

– В таком случае, нам лучше говорить на русском, – произнёс Виктор с акцентом на первом родном мне языке, но у него русский явно был лучше, чем мой болгарский в виде нескольких заученных фраз.

– Действительно, так будет лучше. Ещё раз извиняюсь. Меня зовут Гарри Адамс, а этот юноша с фотоаппаратом, Колин Криви. Нам поручили запечатлеть для исторической хроники всех чемпионов. Мистер Диггори и мисс Делакур уже участвовали в фотосессии, остались лишь вы. Если не сложно, Виктор, вы могли бы уделить немного своего драгоценного времени для съёмок?

– Опять съёмки, – печально произнёс Крам. – Куда деваться, раз надо. Мы куда-нибудь пойдём?

– Ой, что вы – это лишнее. Не хотелось бы вас утруждать. Я прекрасно понимаю, что вы звезда, наверняка надоело пристальное внимание публики, но и нам некуда деваться. Начальство сказало надо, ученики ответили – есть. Вы выглядите довольно неплохо, так что можно сделать несколько кадров прямо тут.

– Хорошо, – Крам слегка обрадовался.

– Это не займёт много времени. Колин, приступай.

Криви сделал несколько кадров. Девушки, скрывающиеся за книжными полками, видя что их кумира фотографируют, радостно запищали.

– Виктор, если не затруднит, вы могли бы встать?

– Конечно, – согласился Крам.

Парень профессионально позировал, несколько раз улыбнулся. Колин отснял плёнку и стал менять её на новую.

– Колин, как получается?

– Должны получиться отличные кадры, – радостно заявил Криви и едва заметно мне кивнул. – Я готов продолжать съёмку.

– Отлично, продолжим.

Я, якобы случайно взмахнул левой рукой, подавая сигнал Уизли. Джини с визгом налетела на Крама.

– Виктор! Уи-и! – визжала Джинни, повиснув у Крама на шее.

Виктор скривился и стал отцеплять от себя девушку. Со стороны фанаток донеслись возмущённые крики, девушки были недовольны подобным святотаством. Джинни ослабила захват и цепко ухватилась за рубашку, с «мясом» выдирая пуговицы. Сделав дело, девочка быстро побежала на выход из библиотеки, ей в спину неслись ругательства от фанаток. Гермиона Грейнджер смотрела на это огромными от удивления глазами, на её глазах чуть ли не рушилось мироздание, такая знакомая скромная девочка Джинни Уизли и ведёт себя как обезумевшая фанатка. Колин по полной отрабатывал хлеб, делая один за другим кадры Виктора Крамма в распахнутой рубашке.

Когда Криви отщёлкал всю плёнку, я решил вмешаться.

– Часто тебя хотят порвать на сувениры?

Достаю волшебную палочку и направляю на рубашку парня:

– Репаро.

Пуговицы вернулись на место, одежда восстановила целостность.

Крам печально вздохнул.

– Такое впервые, – ответил он. – Обычно просто пищат в стороне или автограф просят поставить, к примеру, губной помадой на груди.

– Понимаю. Меня тоже постоянно пытаются в постель затащить. Слава, она такая...

Крам с удивлением посмотрел на меня. Он несколько раз прошёлся по мне взглядом, словно сканер, видимо искал и не мог понять, что такого есть в каком-то карлике, что его желают затащить в постель девушки.

– Можно нескромный вопрос? – спросил Крам уже на английском языке, и получив от меня согласный кивок, продолжил. – Откуда такая популярность у девушек?

Не задумываясь, перехожу на тот же язык.

– Слава непревзойдённого любовника, отличное чувство юмора, большая магическая сила и природное обаяние. Уже одного этого пункта достаточно, чтобы быть популярным среди девушек, а когда всё сходится в одном восхитительном мне, то это ядерный коктейль.