Она повторила эту сцену с каждым из людей, называя их место в домашнем хозяйстве по отметинам на руках и запаху одежды: пекарь, сомелье, посудомойка, смотритель охотничьих собак.

Шестой человек продемонстрировал пару мозолистых ладоней с чистыми аккуратно постриженными ногтями. Не требовался чувствительный нос, чтобы уловить запах парфюма. Она положила меч ему на плечо.

«Кто ты?»

«Тейдрин. Слуга лорда Олина».

«Где Олин?» — спросил Портиос.

Человек с любопытством бросил взгляд на своего пленителя в маске: «Я не знаю, сэр. Могу я идти?»

В ответ, Кериан резанула поперек груди человека. Его зеленый камзол упал, под ним показалась плотно облегающая тонкая кольчужная рубашка.

«Это Олин!» — крикнула Кериан, отпрыгивая.

В ответ человек схватил ближайшую к нему служанку и приставил ей к горлу изогнутый кинжал: «Я перережу ей глотку, если попытаетесь остановить меня!»

Портиос пожал плечами: «Ну и что? Одним человеком меньше — едва ли расстроит меня».

«Подождите». — Кериан сказала это и для кагонестийцев, и для Олина. Отряд Наларина натянул луки и был готов стрелять.

«Убейте их обоих», — приказал Портиос.

Луки скрипнули, натягиваясь до предела. Суровые лица диковатых эльфов было уже чересчур для лорда бандитов. Он отпустил заложницу. Кериан утянула ее из-под линии огня. Олин бросил кинжал и поднял руки.

«У меня есть сокровища! Я заплачу выкуп! Вы все будете богаты!» — лепетал он.

«Сокровища, украденные у народа Квалинести».

Сказав так, Портиос поднял руку, и двое кагонестийцев выпустили стрелы. Они целились низко, и их стрелы вонзились в Олина с противоположных сторон. Он завизжал в агонии и шлепнулся на землю. Другой кагонестиец прикончил Олина ударом булавы. Перепуганные, последние рыдающие слуги бежали.

Кериан вернула клинок в ножны. «Так все и будет?» — спросила она. — «Никакой пощады?»

«Ты бы пощадила человека, приказавшего содрать с тебя живьем кожу?» — Портиос уставился на богато украшенный потолок. — «Олин был жестоким убийцей. Всех убийц будет ждать то же самое. Это тебя беспокоит?»

Кериан стала на колено возле Олина и взяла его кошелек. В нем были стальные монеты, несколько больших драгоценных камней, завернутых в шелковый платок и кольцо с дюжиной железных ключей. Она тряхнула связкой ключей.

«Нужно посмотреть, какие замки они открывают. Камеры с заключенными или комнаты с сокровищами, как он сказал».

«Освободите пленников-эльфов. Меня не волнует, что вы сделаете с остальными. Вернем народу Бианоста украденное».

Его не прекращающееся навязчивое созерцание потолка заставило Кериан взглянуть вверх. Арочный потолок зала для аудиенций украшала фреска, изображавшая Кит-Канана, летящего на Аркубаллисе, своем знаменитом грифоне. Эта пара летела по голубому небу, тут и там усеянному белыми кучевыми облаками. Рисунок был хорошо выполнен, но эта сцена повсеместно встречалась в официальных зданиях Квалинести. Она раздраженно спросила, как ему нравится эта картина.

«Очень нравится», — пробормотал Портиос. Он рассказал им о Казанте, найденном им советнике, которого пытали за то, что тот не раскрыл местонахождение королевской казны.

«Он сказал, что сокровище спрятано в небе. Мне кажется, Олин был ближе к нему, чем даже мог представить», — сказал Портиос, указывая вверх. — «Мы должны подняться туда».

Путь оказался чрезвычайно непростым. Дворец Бианоста был старым, запутанной планировки с множеством комнат. Лишь простучав стены и обнаружив пустоту, эльфы нашли потайную дверь. За ней оказалась темная очень крутая лестница.

Обладавшие превосходным зрением в темноте, эльфы не нуждались в факелах. Портиос немедленно вошел, и остальные последовали за ним. Кериан прокомментировала, что, хотя дверь была хорошо спрятана, на деревянных ступенях не было пыли. Кто-то не так давно проходил этим путем.

Ступени сменили направление, явно огибая стену и следуя подъему арочного потолка. Когда отряд поднялся выше, духота усилилась. Проход резко закончился каменной стеной. Ни двери, ни люка, ничего.

«Ни в одном здании ступени не ведут никуда», — проворчала Кериан. — «Должна быть потайная дверь».

Портиос велел своим спутникам не осторожничать, так что кагонестийцы колотили по стенам, пока что-то не поддалось. У самого пола тонкая деревянная панель, окрашенная под камень, разлетелась под их ударами. Поморщившись, Портиос опустился на негнущееся колено и заглянул в отверстие, но даже его острые глаза не смогли ничего разглядеть в кромешной тьме.

Один из кагонестийцев протянул кремень и огниво. К стреле привязали шарик из тряпки и подожгли. Портиос сунул неровно горящий факел внутрь.