Лимит скрипнул зубами, однако решил прислушаться к зверьку и потушил в себе ярость Гепарда. Затем взял бутылку воды, открыл её и выпил всю, чтобы остыть. А потом Хог понял, что очень сильно проголодался. В последний раз он ел дома у Макса, а остальное время ему пришлось прожить без еды и воды, скитаясь в одиночку по времени. Смог заметил, что Хог больше не выражает агрессии, поэтому тоже успокоился и продолжил есть.

— Вот и славно, — хихикнула Блейз, закатив глаза. — Отдохните, а потом и поговорим.

4. Административный кабинет был защищён толстым покрытием металла, поэтому ни один монстр не мог пробраться сюда, что обеспечило троице (Пряника не считаю) небольшой отдых. Хог предпочёл утолить свою злость поглощением пищи и питьём холодной воды, а Смог ограничился лишь куском пиццы, после чего скрестил руки на груди и хмуро смотрел на своего брата. Блейз по прежнему мило улыбалась, щёлкая пальцами по клавиатуре и водя ладонью по сенсорной панели. Пряник, на удивление, мог чувствовать себя спокойно, поскольку наёмники совершенно им не интересовались.

— Ну! — потребовал ответов злой Хог.

— Пожалуй, начну с себя, поскольку ты думаешь, что я представляю реальную угрозу для Эса, — улыбнулась Блейз, после чего откинулась спиной к креслу и закатила глаза. — Благодаря Эсику я узнала о том, что вы собираетесь лететь на остров «Пурган», а затем выдала вас команде «Кощей». Да, ты можешь считать меня кем угодно, но это моя работа. Такова была плата за мою свободу.

— За какую такую свободу?

— Самую обыкновенную. Я — неофициальная представительница команды «Кощей», поэтому выполняла мелкие поручения, которые мне давал Дан. Неофициальных представителей этой команды несколько, когда как официальных всего пять. Поэтому-то все и считают, что пятёрка из «Кощея» такая непобедимая. В команде есть свои шпионы.

— Мне это неинтересно. Почему ты пришла в «Луч»? Какой была твоя миссия?

— А никакой. Это была инициатива Смога, чтобы я на некоторое время отдохнула, хи-хи.

Хог опустил брови, а потом посмотрел в сторону брата-близнеца, который скрестил руки на груди и хмуро смотрел на волонтёра.

— Из команды «Кощей» нельзя сбежать, потому что потом лидер и приближённые к нему начинают искать беглецов, — промолвил Смог. — Буду предельно откровенен — Дан помогает деду, чтобы вернуть прежнюю лимитерскую власть, в которой нет места эрийцам. У меня совершенно другие цели, поэтому наши интересы не сошлись.

— А причём тут она? — Хог зло кивнул в сторону блондинки.

— Вообще-то я изначально пришла в команду «Кощей» исключительно ради него, — усмехнулась Блейз, выделяя «зелёного» лимитерийца. — Да, он меня предупреждал о том, что меня может ждать, но я не послушалась. А потом наш общий знакомый всё-таки надумал и удрал с команды. Вот тогда мы и задумались над тем, что и нам пора бросать это дело и начинать свою личную миссию.

— Я ничего не понимаю. Если вы не поддерживаете менталитет команды «Кощей», тогда нахрена вы сдали нас своему петуху Дану?

— Твои друзья — это твои друзья. Для меня они всего лишь пушечное мясо, — мрачно ответил Смог, отчего изумрудные глаза стали яркими. — Эти крысы тебя в скором времени предадут, а ты продолжаешь за них заступаться.

— Нас нельзя понять до тех пор, пока сам не проживёшь такой вот жизнью, — как-то грустно улыбнулась Блейз. — Пока ты беззаботен и свободен, твоя жизнь всегда яркая и насыщенная. А потом в один момент происходит что-то страшное, и ты уже понимаешь, что не можешь жить так, как жил раньше. Предать может абсолютно каждый, поэтому не удивляйся, если однажды твои друзья тебе нож в спину воткнут.

Хог смерил обоих наёмников злым взглядом, но те не обратили на него внимания. Смог скрестил руки на груди и продолжал немигающим взглядом смотреть на своего брата-близнеца, а Блейз повернулась лицом к компьютеру и принялась бегать пальцами по клавиатуре. Хэйтер никак не мог понять, чего желают от него добиться охотники — бывшие — из команды «Кощей». То, что Блейз помогает Смогу, он уже понял, однако зачем? У лимитерийца, по крайней мере, была своя цель — это отомстить и лимитерам, и эрийцам за гибель Евпатия, Елены и Ольги. Тогда что нужно блондинке?

И вопрос неожиданно нашёл свой ответ. Лимит закатил глаза и резко вернулся воспоминаниями на начало августа, когда этот кошмар только-только начался…

— Оу, а ты научился огрызаться, — женский голос продолжал оставаться ласковым. — Полтора года назад ты был совершенно другим: напуганным, покладистым и забитым.

— Ты тоже изменилась! — грубо прорычал Зеро. — Я помню тебя совершенно другой: изнасилованной, замученной и доведённой до слёз. Что случилось, м? Неужто Гриф тоже изменился?