— Евпатий и Елена, — прошептал Бёрн, вчитавшись в дату и слова. — Я их представлял себе… немного другими.

На фотографии Евпатий выглядел как истинный лимитер: чёрные короткие волосы, ярко-изумрудные глаза и одежда, присущая королевскому происхождению. Рядом же с ним стояла Елена, чьи волосы достигали лопаток и были красными, а рубиновые глаза даже на фотографии не утратили золотого блеска. Если у короля Лимитерии на голове была большая золотая корона, украшенная серебром, то диадема королевы оказалась серебряной с украшением в виде большого рубина.

— Хорошо, что я избегу этой участи, — тихо сказала Элли, переворачивая страницу.

И застыла, как вкопанная, причём то же самое сделал и Бёрн. Глаза эрийцев заметно округлились, а губы приоткрылись так, будто парочка произносила «О». У эрийки даже руки вздрогнули от увиденного.

— Я предупреждал, — промолвил Владимир, закатив глаза.

— Что-то наших не видно, — сказала Юлия.

— Они — не наши, — отмахнулся Хог, съев большую пиццу в одиночку. — По крайней мере, для меня.

— Вот ты вредный! — Алиса по-дружески ткнула локтем ему в рёбра. — Не бери пример со старших — будь няшкой.

— Я? Няшкой?! Нет, нет и ещё раз нет!

— Алиса, этому чуваку няшкой точно не быть, — засмеялся Эс и хлопнул по плечу Орфея, который пил воду и подавился из-за него. — Верно я говорю, пацан?

— Я ТЕБЯ СЕЙЧАС УШАТАЮ! Я ИЗ-ЗА ТЕБЯ ПОДАВИЛСЯ!

— О-о-о! О-о-о… так, всё, заткнись, зануда.

— ДА САМ ЗАТКНИСЬ!

2+. Дверь открылась, и из кабинета вышла троица эрийцев. Ребята сначала встретили их с улыбками, но потом тут перестали улыбаться: лица этой троицы не сулили ничего весёлого. Владимир-то ладно, он и раньше не улыбался, а вот Элли и Бёрн не улыбались неспроста. Сейчас они были хмурыми и задумчивыми.

— Все за мной! — приказал Владимир.

Элли и Бёрн первыми двинулись полковником, а затем последовали и остальные. Внешнее состояние старших эрийцев дало ребятам понять, что разговор у них был очень серьёзный. И больше встревожен был Хог, потому что реакция Владимира его изначально выбила из колеи и заставила задуматься над этим. Зародилось эдакое ощущение, будто полковник что-то знает о нём, чего Лимит явно не собирался упускать из виду. И если это так, то хэйтер точно должен был вывести на разговор либо его, либо старших эрийцев, ибо они общались с Владимиром и «до», и «после».

А ещё Хог заметил эдакую отчуждённость в Элли и Бёрне. Он поймал их холодные взгляды на себе, что ему не понравилось. Нет, эта парочка и раньше-то не смотрела на юношу тёплыми глазами, но сейчас хэйтер почувствовал явную враждебность, которую источали эрийцы.

«Ладно. Попробуем спросить напрямую», — решил для себя Хог.

3. И резко остановился, после чего округлил глаза. Зрачки загорелись красными огоньками, а руки резко сжались в кулаки. В душе появилось желание вдруг наброситься на кое-кого и сильно его побить за всё «хорошее», что он натворил. Остановилась и вся компания.

— Герман! — тихо прорычал Хог.

Навстречу ребятам шёл вышеназванный злодей, одетый в свою прежнюю одежду и пряча свои глаза за чёрными очками. Справа от него вышагивал незнакомый хэйтеру юноша, а слева — миловидная стройная девушка, глаза которой были… ярко-изумрудными. И зелёные волосы, замотанные в один хвост. Лимитерка!

— Моё почтение, товарищ полковник. Рад Вас видеть! — улыбнулся Герман, остановившись напротив отца Элли. — А я вот только-только закончил проводить тестирования нового робота.

— Рад слышать, профессор Петренко! — без улыбки ответил Владимир. — Есть какие-нибудь новости по поиску потерянных островов Лимитерии?

Хэйтер осёкся и переглянулся с остальными. Всё-таки Макс был не единственным, кому очень хотелось узнать о местонахождении потерянных кусков парящего материка.

— Пока никаких результатов, но я продолжаю заниматься их поиском, — по-прежнему мило улыбался Герман.

Хог стиснул зубы, зло глядя на безумного гения. Это полковник не знал об истинной сущности Петренко, а хэйтер уже умудрился пару раз столкнуться с Германом и понять, что это за человек. Даже прозревшие команда «Серп» и Бластеры не сталкивались с Петренко за пределами мирной территории. Лишь Лимит знал, каков он на самом деле. Поэтому Хог прекрасно понимал, что улыбка и слова Германа — лживые. Он продолжает прикрываться военной должностью, а пока остальные занимаются своими делами, этот усач строит злые планы по поводу превращения мира в механическую платформу.

И вдруг хэйтер заметил, что на него смотрят две пары глаз, после чего обратил внимание на обладателей сего внимания. Первым был тот самый парень, что стоял по правую сторону от Германа с хитрой улыбкой. У него были коричневые волосы, уходящие вверх, и тёплые карие глаза, располагающиеся под широкими бровями. Мощную шею обтягивали чётки, а на мочках ушей висели серёжки с красными камнями в виде украшения. Одет он был в серого цвета майку с лямками, что обтягивала его торс, и военные синие штаны, низ которых был спрятан в чёрные берцы. Сам юноша обладал весьма завидным телосложением, являясь и слегка высоким, и в то же время атлетом. Левый бицепс обтягивала чёрная резинка, дающая понять, что этот юноша участвует в боях.