Джоанна тихо ахнула. Вчера на балу капитан совершенно пленил ее. Он был очарователен, остроумен и неподражаемо изящен. Джоанна была даже готова влюбиться в него. А теперь оказалось, что он всего лишь самый обыкновенный пират!

– И что же с ним будет? – с замиранием сердца спросила Джоанна.

– Наверное, его повесят, – равнодушно обронил Фортескью, пожимая плечами. – Туда ему и дорога.

И он ушел, оставив дочь наедине с ее мыслями.

Меж тем в гостиной после ухода Фортескью герцог приблизился к Джеку, заложив руки за спину, и стал разглядывать его, как некую диковину. Но Джек выдержал губернаторский взгляд с хладнокровием, больше смахивающим на обыкновенное безразличие.

– Никогда не думал, что вы мне попадетесь, капитан, – высокомерно промолвил Олдингтон. – Стало быть, вы и есть тот самый прославленный морской разбойник?

– Я флибустьер, – поправил его Джек. – А что до славы, то я никогда за ней не гонялся. Напротив, это она ходит за мной по пятам.

– Редкостный наглец, – сокрушенно промолвил Олдингтон, оборачиваясь к Блэйку.

Тот лишь плечами пожал, заметив:

– Все они такие.

Герцог кашлянул.

– Я был бы тебе очень признателен, Артур, если бы ты нашел украденные сокровища. Произошедшая история ставит меня в чертовски неловкое положение.

– Да, как раз сокровищ нам и не хватает, – задумчиво ответил Блэйк.

– Я на тебя рассчитываю, – добавил герцог.

– Да-да, – рассеянно откликнулся Блэйк. – Позаботься, чтобы на «Ласточке» все было готово.

Герцог кивнул, попрощался с приятелем и вышел.

– Ну что, Джек, – задушевным тоном осведомился Блэйк, – похоже, что твои дружки сбежали, бросив тебя на произвол судьбы, а?

Он постарался произнести свои слова как можно более обидным тоном, но Джек даже не подал виду, что слышал их.

– Ты хоть знаешь, что с тобой будет? – сделал Блэйк следующий заход.

– Попробую угадать, – усмехнулся Джек Осборн. – Вы наградите меня и отправите домой.

– Тебе грозит виселица, приятель, – продолжал Блэйк, откинувшись на спинку стула и спокойно изучая пленника. – Впрочем, полагаю, что это для тебя не новость. Кроме вчерашнего, за тобой числится немало подвигов, за которые тебя можно было бы вздернуть целую сотню раз.

– Значит, мне повезло, что у меня только одна шея, – не моргнув глазом парировал Джек.

– Шутник! – фыркнул Блэйк. – Ладно. Обыщите его, да как следует!

– Но мы уже отняли у него все оружие, капитан, – попробовал возразить один из конвоиров.

– Меня интересует все, что есть у него в карманах. Выполняйте!

Но осмотр карманов Джека ровным счетом ничего не дал. Обнаружили только вышитый носовой платок, в котором капитан Блэйк с негодованием признал свою бывшую собственность.

– Постойте-ка! – воскликнул один из конвоиров. – Вроде у него за обшлагом какая-то бумажка…

Джек рванулся к подсвечнику, но было уже поздно. Его ударили прикладом, а бумагу отняли.

– Дайте, – лаконично распорядился Блэйк, протягивая руку.

Джек, который от удара упал на пол, медленно поднялся на ноги. Его голубые глаза горели ненавистью.

Посмотрев на листок, капитан Блэйк присвистнул.

– Ого! Сдается мне, это как раз то, что я искал. – Он поднял глаза на Джека. – Неужто твоя подружка позволила тебе снять с карты копию?

– Моя кто? – удивился Джек.

– Брось корчить из себя джентльмена, – брезгливо отозвался Блэйк. – Так или иначе мне только на руку. Сейчас мы сложим обе половины карты вместе и посмотрим, что у нас получится…

Джек промолчал, но по его лицу было видно, что ему доставило бы истинное удовольствие сделать в этот миг с капитаном Блэйком что-нибудь нехорошее. Англичанин похлопал себя по одному карману, залез в другой, затем вернулся к первому. На лице его читалась явная растерянность.

– Что-то не так? – участливо осведомился Джек, приподняв брови.

Блэйк не ответил и снова стал рыться в карманах.

– Черт возьми, я был уверен, что положил ее сюда… – пробормотал он.

Но вторая половина карты, изъятая им у мертвого Этьена де Круа, как сквозь землю провалилась.

Не выдержав, Блэйк вскочил с места и стал выворачивать все карманы подряд. Там было что угодно, начиная от записной книжки величиной с ладонь и кончая компасом, но отсутствовало самое главное – клочок бумаги, из-за которого был убит агент Фульбер и которому адмирал де Меридор придавал такое значение.