Она выпрямилась и посмотрела на Хэтча, луч ее фонаря осветил его ноги.

— Я могу заглянуть под твою одежду, — ухмыльнулась она.

— Может, нам поменяться местами? — ответил Хэтч.

Они продолжали спуск, устанавливая на балках датчики, пока не добрались до узкой платформы, находившейся на отметке пятьдесят футов. В свете прожектора Хэтч видел, что от возбуждения лицо капитана побледнело. Несмотря на холод, Нейдельман покрылся испариной.

Новая вспышка молнии озарила Бездну, послышался далекий раскат грома. Струйки воды быстрее потекли по стенам, и Хэтч решил, что дождь усилился. Он посмотрел вверх, но небо теперь было почти полностью закрыто перекрещенными балками, лишь капельки падающей воды блестели в свете прожектора. «Наверное, уже штормит. Выдержит ли дамба?» — подумал он, представив себе, как море прорывается сквозь плотину и обрушивается в Бездну, которая мгновенно станет для группы смертельной ловушкой.

— Я замерзаю, — пожаловался Уопнер. — Почему вы не предупредили меня — я бы захватил электрическое одеяло. К тому же вонять стало еще сильнее.

— Слегка увеличилось содержание метана и двуокиси углерода, — сообщил Нейдельман, посмотрев на показания датчика. — Но поводов для тревоги нет.

— Он прав, — заметила Бонтер, поправляя фляжку на поясе. — Здесь действительно холодно.

— Сорок восемь градусов, [58] — коротко ответил Нейдельман. — Что еще вы заметили?

Все молчали.

— Тогда будем продолжать спуск. Теперь появится больше боковых туннелей и шахт, и нам всюду необходимо поставить датчики. Поскольку мистер Уопнер должен откалибровать их вручную, он начнет отставать от нас. Мы будем ждать его на платформе сто футов.

На такой глубине в сходящихся в центре балках накопилось огромное количество мусора. Старые кабели, цепи, зубчатые колеса, шланги, даже сгнившие кожаные перчатки. То и дело появлялись новые туннели и шахты, пересекающиеся с главной. Нейдельман выбрал первый туннель, поставив датчики на расстоянии двадцати футов друг от друга, Бонтер двинулась в следующий. Наконец пришла очередь Хэтча.

Хэтч осторожно удлинил страховочный трос и сошел с лестницы в боковой туннель. Он тут же почувствовал, как нога погрузилась в липкую грязь. Туннель был низким и узким и довольно круто поднимался вверх. Он был грубо пробит в валунной глине, ничем не напоминая изящные контуры Водяной Бездны. Судя по всему, его прорубили значительно позже. Слегка наклонив голову, Хэтч прошел в глубь туннеля футов на двадцать, вытащил из ранца пьезоэлектрический датчик и воткнул в отвердевшую землю. Затем вернулся к главной шахте и положил у входа в туннель маленький светящийся флажок.

Вернувшись на лестницу, Хэтч услышал громкий, жалобный стон, который издавал ближайший деревянный брус; в следующее мгновение он сменился обычным скрипом. Крепко вцепившись в лестницу, Хэтч замер на месте и затаил дыхание.

— Обычное оседание, — раздался голос Нейдельмана.

Он уже установил очередной датчик и теперь спускался ниже, к следующему пересечению туннелей. Когда капитан заговорил, раздался скрежет — хриплый и визгливый, — удивительно похожий на человеческий крик.

— А это еще что такое, черт подери? — вопросил Уопнер из-за спины Хэтча, и его голос прозвучал неожиданно громко в замкнутом пространстве.

— То же самое, — ответил Нейдельман. — Протест старого дерева.

Послышался новый вопль, сопровождающийся невнятным бормотанием.

— Проклятое дерево здесь ни при чем, — заявил Уопнер. — Такое впечатление, что это кто-то живой.

Хэтч поднял голову. Программист застыл на месте — он заканчивал калибровку датчика. Уопнер держал свой компьютер в вытянутой руке, положив на него указательный палец другой руки. Выглядело довольно забавно — казалось, он указывает на собственную ладонь.

— Не свети в глаза, ладно? — буркнул Уопнер. — Чем быстрее закончу с этой дрянью, тем скорее мы выберемся из этой задницы.

— Ты просто хочешь поскорее вернуться на корабль, чтобы Кристоферу не досталась вся слава, — весело сказала Бонтер.

Она выбралась из бокового туннеля и начала спускаться по лестнице.

Когда они приблизились к платформе на отметке сто футов, им открылся новый вид. До сих пор горизонтальные коридоры, уходящие в сторону, были грубыми, с плохо обработанными стенами. Но теперь они увидели вход в туннель, над которым кто-то хорошо потрудился.

Бонтер посветила фонарем в квадратный проем.

— Это часть Бездны, — заявила она.

— И каково ее назначение? — спросил Нейдельман, доставая датчик из ранца.

Бонтер заглянула в туннель.

— Не могу сказать ничего определенного. Но здесь можно увидеть, как Макаллан использовал естественные расселины в скале для своего строительства.

— Мистер Уопнер, — позвал Нейдельман, взглянув вверх. Наступило недолгое молчание. Наконец Уопнер откликнулся:

Но его голос прозвучал как-то приглушенно.