Шрифт:
— Прямо из лаборатории Смитсоновского института, — сказал Хэтч, ломая пластиковую печать.
Он вытащил объемистую распечатку, положил ее на стол и принялся перелистывать страницы. Наступило напряженное молчание, в воздухе повисло предчувствие разочарования. Наконец Хэтч вздохнул и уселся в ближайшее кресло. Профессор устроился напротив, сложил руки на рукояти трости и задумчиво посмотрел на хозяина дома.
— Вы ожидали получить совсем другое? — спросил он.
— Нет, — ответил Хэтч, покачав головой. — Вовсе нет.
Брови профессора сошлись на переносице.
— Малин, ты всегда слишком быстро смирялся с поражением.
Бонтер взяла распечатку и стала быстро ее просматривать.
— Я ничего не понимаю в медицинском жаргоне, — сказала она. — Что это за ужасные болезни?
Хэтч вздохнул.
— Пару дней назад я отправил кости этих скелетов в Смитсоновский институт. Кроме того, добавил несколько случайных образцов, взятых от дюжины скелетов, которые вы нашли во время раскопок в Бездне.
— Чтобы исследовать их на наличие болезней, — кивнул профессор Хорн.
— Да. По мере того как все больше людей заболевало, я начал размышлять о массовом захоронении. И решил, что скелеты могут оказаться полезными и помогут найти ответы на некоторые вопросы. Если человек умирает от болезни, то в его теле остается избыточное количество антител, характерных для данного заболевания.
— Или в ее теле, — заметила Бонтер. — Не забывайте, в могиле были и женщины.
— В крупных лабораториях, вроде Смитсоновской, могут протестировать кости скелетов на наличие антител и выяснить, от какой болезни умер человек. — Хэтч помолчал. — Нечто на острове Рэггид — тогда и теперь — вызывает у людей болезни. Самая вероятная причина — это меч, так мне кажется. Я пришел к выводу, что именно меч является переносчиком болезни. Повсюду, где появлялся меч, гибли люди. — Он взял распечатку. — Но согласно этим тестам, все пираты умерли от разных болезней. Клебсиела, [92] болезнь Брунера, микоз, таитянский клещевой возвратный тиф — целый букет заболеваний, причем среди них есть очень редкие. А почти в половине случаев причина смерти осталась неизвестной.
92
Клебсиела — микроорганизм, устойчивый к лекарственным средствам, может быть причиной разного рода воспалительных заболеваний.
Он схватил пачку листов с края стола.
— Это не менее таинственно, чем результаты клинического анализа крови пациентов, которых я принимал за последние дни.
Он передал верхний лист профессору Хорну.
КЛИНИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ КРОВИ
Лейкоциты (отклонение от нормы) — 2,50 тысяч/мм3
Эритроциты — 4,02 мл/мм3
Гемоглобин — 14,4 г/дл
Гематокрит — 41,2 %
MCV — 81,2 PL
Среднее содержание гемоглобина в эритроцитах — 34,1 ПГ
Средняя концентрация гемоглобина — 30 %
Распределение объема эритроцитов — 14,7 %
Средний объем тромбоцитов — 8 г ФЛ
Тромбоциты (отклонение от нормы) — 75 тысяч/мм3
ОСОБЕННОСТИ
Полиморфы — 900 куб. мм
Лимфоциты — 600 куб. мм
Моноциты — 10 куб. мм
Эозинофилы — 0,30 куб. мм
Базофилы — 0,30 куб. мм
— Анализы крови во всех случаях показывают отклонения от нормы, но у каждого пациента по-разному. Общим является лишь понижение лейкоцитов. Взгляните на этот анализ. Две с половиной тысячи телец на кубический миллиметр. А норма — от пяти до десяти тысяч. То же самое с лимфоцитами, моноцитами и базофилами. Господи! — Он положил лист с анализом на стол и с горечью вздохнул. — Это мой последний шанс остановить Нейдельмана. Если бы началась эпидемия или нам удалось бы обнаружить на острове вирус, я бы мог его убедить или воспользоваться своими медицинскими связями, чтобы установить на острове карантин. Но у нас нет ни малейших признаков эпидемии — ни в прошлом, ни в настоящем.
Наступило долгое молчание.
— А почему бы не обратиться к закону? — спросила Бонтер.
— Я говорил с моим адвокатом. Он сказал мне, что это обычное нарушение контракта. Чтобы остановить Нейдельмана, потребуется судебный запрет. — Хэтч посмотрел на часы. — А мы не можем ждать недели. Если учесть, с какой скоростью ведутся раскопки, остается всего несколько часов.
— А нельзя арестовать его за вторжение на частную территорию? — спросила Бонтер.
— Фактически он никуда не вторгался. Контракт дает право ему и «Талассе» вести работы на острове.
— Я понимаю твою тревогу, — сказал профессор, — но не согласен с твоими выводами. Как меч сам по себе может быть опасным? Если не считать того, что можно зарубить человека клинком, конечно.
Хэтч посмотрел на него.
— Это трудно объяснить. У диагноста иногда срабатывает шестое чувство. У меня сейчас именно такое ощущение. Чувство, убежденность, что этот меч является носителем зла. Мы постоянно слышим разговоры о проклятии острова Рэггид. Возможно, оно как-то связано с мечом и существует реальное объяснение.
— А почему ты отбрасываешь мысль о настоящем проклятии?
Хэтч удивленно посмотрел на профессора Хорна.
— Вы ведь шутите, правда?
— Мы живем в странной вселенной, Малин.
— Не настолько странной.
— Я лишь прошу о том, чтобы ты обдумал невозможное. Поискал связи.
Хэтч подошел к окну гостиной. Ветер срывал листья с дуба и разбрасывал их по лугу. Упали первые капли дождя. Все больше лодок входило в гавань, несколько маленьких катеров дожидались своей очереди у пандуса — хозяева решили вытащить их на берег. Гребни волн по всей поверхности залива были покрыты шапками пены; по мере того как слабел прилив, волнение усиливалось. Малин вздохнул и повернулся к своим собеседникам.