Они переступили порог вместе и замерли, оставшись наедине. Мэрфи было страшно обернуться, казалось, что он просто умрет, если увидит Рича, или наоборот не увидит… Он с трудом разжал руки альфы, которые стискивали его как утопающий спасательный круг и, сделав шаг, запустил руку в ящик в надежде отыскать там надувной матрас. И только сжав твердый мячик в руках, он осторожно развернулся лицом к альфе. Тот стоял, как медное изваяние самому себе.

Мэрфи кинул мячик на топчан, и пока тот стремительно наполнялся воздухом, стянул с себя майку. Альфа отзеркалил его движения и бросил майку у двери, тревожно наблюдая за реакцией омеги на свои ожоги. Но Мэрфи выжидательно облизнулся и стал стягивать с себя штаны вместе с бельем. Сбросить красиво и непринуждённо не получилось, помешали высокие шнурованные ботинки, но к тому времени, когда он, шипя, скинул их в угол комнаты, то увидел голого Рича, который разделся раньше него и теперь словно дожидался приговора.

Мэрфи довольно хмыкнул и провел руками по своей завоеванной территории. Ему нравилось, что он видел, и он был согласен владеть всем этим до конца жизни. Это был его собственный альфа, и теперь оставалось только получить репарации с поверженного врага. Но у альфы, похоже, было свое мнение, кто кого завоевал и близость переросла в схватку за первенство, за обладание. Мэрфи царапался, Рич кусался. Они сжимали друг друга, рычали и оставляли синяки на коже, следы ногтей и зубов, не уступая друг другу даже пяди без сражения.

Секс был жёстким и стремительным. Когда они оба одновременно кончили, и Рич поставил метку принадлежности на своем неукротимом омеге, он смог выдохнуть и наконец, заглянуть в глаза крайне довольной жизнью пары. Мэрфи самодовольно улыбался, за что и был награжден самым нежным и сладким поцелуем. Второй раз Мэрфи кончил только после того, как его всего вылизали и зацеловали. А следом Рич оказался зажат и обездвижен, хотя он был совсем непротив, чтобы Мэрфи сам смог распорядится его телом, так как ему больше хочется. Но следом он опять перехватил инициативу, чтобы увидеть, как выгибается и дрожит омега в момент наивысшего блаженства.

И только когда на улице сверчки принялись за свою ночную песню, они, наконец, замерли в полнейшем изнеможении, лежа рядышком на матрасе, который был скользким от пота и спермы. Мэрфи первый привстал и потянулся к стопке полотенец, которые лежали на самом виду. Обтеревшись сам, он кинул второе полотенце альфе.

– Все, уходи, а то сейчас привыкну.

– Столько нервов на тебя потрачено, обидно будет, если не поженимся, - Рич попытался хоть сколько-нибудь привести себя в порядок.
– Даже не надейся, что я отпущу тебя. Я не такой дурак, чтобы терять такое сокровище.

– Ты такой самоуверенный, как будто бессмертный, - Мэрфи довольно мурлыкнул, и позволил, чтобы ему вытерли спину прежде, чем прижали к себе и по-хозяйски поцеловали в шею.
– Посмотрим, что ты утром запоешь…

Мэрфи довольно засопел. Все было замечательно. Рич теперь только его, и ни на какой крейсер он его не отпустит. Пусть даже не мечтает вырваться на свободу…

– Только не называй сына Логаном, - теплые губы скользнули по виску, - хочу быть единственным Логаном в твоей жизни.

– Какого сына?
– растерялся спросонья омега. Над ним возвышался муж.

– Того, что скоро родится, - рассмеялся Логан, - будет у вас вредный лисенок-омежка. Краса, гордость, и головная боль родителей. Ох, и намучается с братиком медвежонок. Ну, ничего, ничего, пусть это для него будет тренировкой перед тем, как он своего омежку встретит. А вы не затягивайте с младшими братиками для Лисенка, он пока не поймет, что он отвечает за малышей, будет капризным, а как только уяснит, что он не центр вселенной, так сразу за ум возьмется. Ричу не позволяй сильно детей баловать, а то будут из него веревки вить… Вот и славно, - Логан подхватил с пола сумку и, закинув ее на плечо, легко улыбнулся.
– Теперь я могу с легким сердцем идти дальше, а то меня уже заждались. До встречи, любимый!

– До встречи, - прошептал омега, видя, как тает силуэт мужа.

Рич всхрапнул во сне и, не открывая глаз, подгреб под себя омегу, закинув для надежности сверху ногу. Мэрфи улыбнулся и устроил голову на обожжённом плече альфы. До рассвета еще было время и вполне можно было подремать, пока лагерь спит в ожидании утренней побудки.

28.05.
– 01.07.2017.