– Ты сказал, что если я выберу тебя, ты женишься на мне. Знаю, ты был пьян, но я думала, что, возможно…

– Что ты думала? Я женюсь на тебе?
– весь воздух буквально испарился из машины и с каждой секундой дышать всё сложнее.

– Нет, я знала, что этого не произойдет, просто…

– Так зачем было говорить об этом? Ты ведь знаешь, каким пьяным я тогда был и как отчаянно хотел, чтобы ты осталась, я мог сказать всё, что угодно.
– сердце сжимается от его слов: я так и знала, что он так отреагирует, но не большая частичка внутри меня, та частичка, что всё ещё верит в любовь, надеялась, что он говорил серьезно.

Это дежавю, однажды, я уже сидела на этом самом сидении и тогда он издевался надо мной из-за того, что я подумала, что мы встречаемся. И сейчас мне всё также больно, даже больнее, так больно, что хочется кричать.

– Я люблю тебя, люблю больше всего на свете, Тесса, и я не хочу задеть твои чувства.

– У тебя это невероятно хорошо получается.
– огрызаюсь я и прикусываю щёку.

– Я пойду внутрь.
– говорит он и открывает свою дверь. Он идёт к багажнику и вытаскивает сумки, я предлагаю помочь ему донести их, но он лишь машет головой и несёт их сам.

– Ты забыла закрыть дверь?
– спрашивает он, вставляя ключи в замок.

– Нет, ты закрывал её. Я помню.
– он точно закрывал дверь, когда мы вышли, а потом ещё пошутил и сказал, что я слишком долго собираюсь.

– Странно.
– произносит он и входит внутрь. Он осматривает комнату, как будто ища что-то.

– Ты думаешь…

– Кто-то был здесь.
– отвечает он, его лицо бледнеет и губы сжимаются в узкую линию.

Я начинаю паниковать:

– Ты уверен? Вроде ничего не пропало.
– я прохожу в коридор, но он останавливает меня.

– Не входи сюда, пока я всё не осмотрю.
– командует он. Я хочу сказать, что осмотрю всё сама, но знаю, что он никогда на это не согласится. На самом деле глупо пытаться, защитить его, когда он должен защищать меня.

Я киваю и по спине пробегаются мурашки. Что, если и правда тут кто-то есть? Кто станет вламываться в квартиру, пока нас нет, но так и не украдет гигантскую плазму, которую Гарри повесил на стене в гостиной? Он исчезает в нашей комнате и я затаиваю дыхание, пока снова не слышу его голос.

– Здесь чисто.
– Гарри выходит из спальни и я выдыхаю.

– Ты уверен, что кто-то был здесь?

– Да, но не понимаю, почему они ничего не взяли…

– Я тоже… - осматриваю комнату и замечаю отличия. Небольшую стопку книг на прикроватной тумбочке переложили. Я запомнила, что сверху лежала книга, которую я дала Гарри, и меня не могло ни радовать, что он постоянно перечитывает её.

– Это был твой ебанутый папаша!
– вдруг выкрикивает он.

– Что?
– эта мысли сидела у меня в голове, но я просто не могла произнести это в слух.

– Это точно был он! Кто ещё знал, что мы уезжаем? И тем более, ничего не украли. Так мог сделать только этот тупой, пьяный мудак.

– Гарри!

– Позвони ему, прямо сейчас!

Я тянусь за телефоном, но замираю:

– У него нет телефона.

– О да, конечно! Он же ебанутый и бездомный.

– Прекрати. Только из-за того, что ты думаешь, что это мог быть он, не значит, что ты можешь называть его так прямо при мне.

– Хорошо. Тогда пойдем найдем его.

– Нет! Мы должны просто позвонить в полицию и сообщить об этом, а не разыскивать моего отца.

– Позвонить в полицию и что сказать? Что твой отец-наркоман ворвался в нашу квартиру и ничего не украл?

Я замираю на месте и мои глаза вспыхивают от злости:

– Наркоман?

Гарри часто моргает и делает шаг ко мне:

– Я имел в виду то, что он пьяница.
– он не смотрит на меня, а значит, врёт.

– Скажи, почему ты назвал его наркоманом!
– требую я, но он лишь машет головой.

– Это просто предположение, поняла?

– Почему ты так решил?
– мои глаза горят и в горле пересыхает от одной только мысли об этом.

– Не знаю, может, потому что тот парень, который приперся, чтобы забрать его, был похож на наркомана. Ты видела его руки?

Я помню, как тот мужик постоянно чесал свою руку, но на нем была одета кофта с длинным раковом, я не видела вены.

– Мой отец не наркоман.
– я не уверена, что сама верю в это, но я не готова столкнуться с правдой.

– Ты даже не знаешь его и я не собирался ничего говорить, - он снова делает шаг ко мне, но я отхожу назад.

– Ты тоже его не знаешь, и если ничего не собирался говорить, тогда зачем сказал?
– губы начинают дрожать и я больше не могу смотреть на него.