Она соглашается, подходит к моим распростертым рукам, и я обнимаю ее. Держать её в руках это большее удовлетворение, чем любое другое, которое мы могли получить. Чувствуя её прямо здесь, по-прежнему влияющую на меня таким образом, что только двое из нас понимают, кто делает меня самым счастливым сукином сыном на земле.

– Я скучал по тебе так долго, - говорю я ей, зарываясь в волосах.

Ее руки переходят на мои плечи, снимая тяжелый жакет с меня, и дорогая ткань падает на пол.

– Ты уверена?
– я держу ее красивое лицо между своих рук.

– Я всегда уверена, когда я с тобой, - говорит она, и я чувствую уязвимость и сладкое облегчение, когда она закрывает мой рот, чтобы её губы не дрожали, и дыхание становится медленным и глубоким. Слишком скоро, я вырываюсь, и снимаю её руки с моего пояса.

– Я просто закрою дверь.

Я благодарен за стулья, размещенные в местах скопления женщин, и я тяну два из них к двери, чтобы никто не попал внутрь.

– Мы действительно делаем это?
– Тесса спрашивает, когда я наклоняюсь, чтобы задрать подол её платья от пола до талии.

– Тебя что-то удивляет?
– я смеюсь во время поцелуя. Вкус её губ такой родной, и я был вдали от неё, живя в Чикаго в одиночку, так долго. Только её небольшие дозы были предоставлены мне за последние несколько лет.

– Нет, - её пальцы спешат расстегнуть мои штаны, и я задыхаюсь, когда она захватывает мой член через мои боксеры. Это было долгое время разлуки, чертовски долгое.

– Когда в последний раз ты… - не заканчивает она.

– Мы не будем говорить об этом, - прерываю ее, - Я не хочу слышать о нем.

– У нас ничего не было, - говорит она. Я тянусь назад, глядя ей в глаза, чтобы только найти оправдание её претензии.

– В самом деле?
– я спрашиваю, хотя я могу прочитать по выражению её лица, она как открытая книга.

– Да, никого. Только ты, - она дергает мои боксеры вниз, и я поднимаю ее на раковину, раздвигая ее бедра обеими руками.

– Блять, - я кусаю кончик своего языка, когда я обнаруживаю, что она не одела трусики.

Она смотрит вниз, растерянно.

– Была бы линия с моим платьем.

– Черт, я когда-нибудь умру из-за тебя, - мой член уже тверд, как гребанная скала, когда она гладит меня, когда ее маленькие руки двигаются вверх-вниз по всей длине члена.

– Мы должны спешить, - ноет она, в отчаянии, заманчиво, когда я скольжу пальцем по клитору. Она стонет; голова падает обратно на зеркало, и ее ноги открываются шире.

– Презерватив?
– я спрашиваю, едва в состоянии думать.

– Я не могу… Ну, знаешь. Я не могу… - она говорит это и ее глаза тускнеют.

Ничего не говоря, я ввожу палец внутрь нее, и ласкаю ее язык своим. Каждый поцелуй имеет признание: - Я люблю тебя, - я стараюсь показать ей это, - Ты нужна мне, - я целую ее шею, - Я не могу снова потерять тебя, - я ввожу свой член внутрь нее и стону вместе с ней, когда я ее заполняю.

– Так чертовски узко, - я хнычу. Я собираюсь кончить, дойдя до точки в течение нескольких секунд, но речь не о сексуальной неудовлетворенности для меня, речь о ней и обо мне, что мы действительно неизбежны. Мы это сила, которой невозможно сопротивляться, как бы мы ни старались, или как бы мы не пытались бороться с этим. Мы должны быть вместе, и это действительно неоспоримо.

– О, Боже, - она вдавливает ногти на моей спине, когда я подталкиваю ее тепло и вхожу в неё снова, на этот раз полностью. Она обвивается вокруг меня, ее тело приспосабливается к моему ритму так, как она всегда делает.

– Гарри, - Тесса стонет в мою шею. Я чувствую её зубы, прижавшиеся к моей коже, и мое возбуждение поднимается по позвоночнику. Я двигаю одной рукой за ее спину, потянув ее ближе ко мне, поднимая ее немного, чтобы достичь более глубокого угла проникновения, и используя другую руку, чтобы нащупать ее полные груди. Грудь выскальзывает из ее платья, и я сосу плоть, дергая ее твердые соски моими губами, а она стонет и стонет моё имя, когда я вхожу внутрь нее.

Мое имя звучит в то время, когда я тереблю ее клитор, одновременно делая толчки в нее. Звук шлепающих бёдер напротив меня, делает меня достаточно горячим, чтобы я смог возбуждаться снова и снова. Этого не было просто так чертовски долго, и она самая идеальная, кто подходит для меня. Я заявляю права на её тело, ведь, черт возьми, оно полностью владеет мной.

– Я люблю тебя, - говорит она, ее напряженным голосом, когда она теряет себя вместе со мной, позволяя мне найти ее. Оргазм Тессы кажется бесконечным, и я ничем не могу ей помочь, но я чертовски люблю этот оргазм. Ее тело безвольно падает, опираясь на меня, и она кладет голову мне на грудь, когда начинает ловить своё дыхание.