В больнице “Grandview” медсестра в регистратуре не хочет давать мне какую-либо информацию о Зейне. Она даже не говорит, здесь ли он вообще.

– Он мой парень, мне очень нужно его увидеть, – обращаюсь к молоденькой блондинке.

Она вызывающе надувает пузырь из жевательной резинки и накручивает прядь волос на палец.

– Твой парень? Тот, что с татуировками? – усмехается она, очевидно, не веря мне.

– Да, именно тот, – мой голос звучит довольно угрожающе, сама удивляюсь, как так вышло.

– Прямо по коридору. Первая дверь слева, – говорит она, прежде чем встаёт и уходит.

Что же, это было несложно. Нужно почаще выходить из себя. Как она и сказала, я направилась к первой двери слева. Она закрыта, поэтому я стучу. Надеюсь, медсестра не соврала.

На краю больничной койки сидит Зейн. На нём лишь джинсы и носки. Его лицо...

– Господи! – вырывается у меня, как только я оцениваю его внешний вид.

Конечно, я уже знала про его сломанный нос, но не думала, что всё настолько плохо. Нос ужасно распух, а глаза выглядят, как два чёрных мешка. Вся грудная клетка в бинтах, уцелело лишь место с татуировкой губ.

– Как ты? – подхожу к кровати.

Надеюсь, он на меня не сердится, всё-таки, это моя вина.

– Если честно, не очень, – робко отвечает он.

– Ты что здесь делаешь? – за моей спиной раздаётся голос Ребекки.

Она выходит из небольшой ванной комнаты и упорно на меня смотрит.

– Хотела узнать, всё ли с ним в порядке, – обращаюсь к ней.

– Тебя здесь быть не должно! Это всё твоя вина, – огрызается она.

– Бекка, оставь её, – произносит Зейн сквозь опухшие губы.

– Ну уж нет! Ты во всём виновата, потому что не можешь держать своего чокнутого парня подальше от моего! – кричит она.

В своей жизни я лишь раз ввязывалась в драку, это было с Молли, но если Ребекка не перестанет на меня кричать, я сорвусь. Чувствую, как гнев вот-вот вырвется наружу.

– Которого из? – сурово говорю я.

– Что? – она, кажется, в замешательстве.

– О каком твоём парне сейчас идёт речь? О Ноа или Зейне? – спрашиваю я. На секунду в её глазах проскальзывает неуверенность, но затем мигом улетучивается.

– Не знаю, о чём ты толкуешь, но тебе лучше уйти. Просто оставь Зейна в покое. Ты, конечно, милая девушка, но доставляешь очень много проблем, – видимо, она успокоилась.

– Бекка, перестань. Она может остаться, если посчитает нужным, – защищает меня Зейн.

– Если она останется – уйду я, – бросает вызов девушка.

– Прекрасно, тогда уходи, – его явно раздражает её поведение.

Она ничего не говорит, а лишь смотрит на нас двоих. Зейн на секунду закрывает глаза.

– Зейн, я больше не собираюсь играть в твои игры, – сквозь зубы произносит она, прежде чем покинуть палату.

Он глубоко вздыхает и проводит рукой по волосам.

– Извини за всё это, – говорит он.

– Ничего. Ты разговаривал с ней насчёт Ноа?

– Нет, я был немного занят, – он хочет улыбнуться, но вздрагивает.

– Как ты себя чувствуешь? Похоже, тебе очень больно.

– Так и есть, – он похлопывает по месту рядом с собой, и я сажусь к нему на кровать.

– Ты расскажешь мне, что случилось?

Карамельные глаза Зейна заглядывают в мои, и он кивает.

– Я был в лаборатории, не в той, которую показывал тебе. Но потом пришёл он и стал говорить, чтобы я держался от тебя подальше.

– И?

– Я сказал ему, что ты не его собственность, после чего он ударил меня головой о металлический барьер, – я вздрагиваю от слов Зейна, глядя на его нос.

– Ты сказал ему, что переспал со мной? – спрашиваю я, чтобы проверить.

– Да. Мне действительно очень стыдно, но он на меня напал, а это был единственный способ до него достучаться. Чувствую себя полным придурком.

– Гарри пообещал мне, что не будет к тебе приближаться, если и я сделаю то же самое, – говорю ему.

– В таком случае, он нарушил ещё одно обещание.

Несколько минут молчу, пытаясь собрать картинку по кусочкам. Я обижена на Зейна из-за его слов, сказанных Гарри, но рада, что он признался и извинился. Даже не знаю, на кого из них нужно злиться. Глядя на все травмы Зейна, я не могу злиться на него. Несмотря на причинённый ему вред, он всё ещё очень добр ко мне.

– Прости меня за то, что это постоянно происходит по моей вине, – произношу я.

– Ты не виновата. Это только наше дело. Просто, он считает тебя своей собственностью, вещью, и это меня раздражает. Знаешь, что он мне сказал? Он сказал, что теперь я дважды подумаю, прежде чем приблизиться к той, что принадлежит ему. Вот как он выражается, когда тебя нет рядом, – голос Зейна спокойный и мягкий, полностью противоположный Гарри.