Я смотрел, не понимая, причём тут я. Потом дошло, и я покраснел. Девочки подумали, что мне стыдно, и спросили:

– Да, а где Сашка твой? Купается?

Настя хихикнула, озорно поглядывая на меня. Я молчал, не зная, что сказать. Это из-за плавочек меня приняли за Катю! Пацаны ведь такие не носят!

– Сашка, наверно, с Катей, - начала Настя, - это Костя.

– Костя? - недоумённо спросила девочка.

– Что ты удивляешься, Натка? Они же близнецы! Костя, встань! – попросила вторая девочка, я встал, и девочки принялись меня разглядывать.

– Не знала бы, что искать, не увидела бы разницы, - призналась Наташка, - плавки хорошо скрывают, и фигурка у него такая же, как у Кати, сзади не отличишь, волосы, опять же, длинные.

«Постригусь!» - решительно подумал я, а Настя предложила ещё искупаться.

Вторую девочку звали Ира, я потом вспомнил, где видел их, они учились в параллельном классе, но я, занятый только своей сестрой, никогда не обращал внимания на других девчонок. Оказывается, с ними тоже может быть интересно!

Мы купались, загорали, беседовали, давно пропала неловкость между нами.

Пришли пацаны, небольшой группой, устроились неподалёку, совершенно не обращая на нас внимания. Кое-кого я даже узнал, но не стал подходить, застеснялся и своего вида, и того, что я один мальчик, в окружении девчонок. Так и бабником обзовут. А мне понравилась их компания, особенно Настя. Ради неё я всё терпел, даже голод. Когда опомнились, на пляж уже легла тень.

– Ой, Котя! – Настя уже начала меня называть, как сестра, - Попадёт мне! – а я подумал, что мне ещё не попадало, как попадёт сегодня, сегодня я нарушил все мыслимые запреты: и не постригся, и не обедал, и купался один… быть мне поротому! Поэтому мы обсохли, и стали быстро собираться.

– Настя, ты, где живёшь? – спросил я.

– Здесь, недалеко.

– Тебя проводить? – спросил я.

– Не надо… - покраснела она, и я понял, что, если ещё и мальчика с ней увидят, попадёт ещё больше.

Так мы и разбежались возле перекрёстка, только Настя мне крикнула:

– Коть, если что, Катя знает, где я живу!

– Ладно, Настя, спасибо! – махнул я рукой, и побежал домой.

Дома все были в тихой панике. Мама и Катя сидели на летней кухне, Саши не было.

Увидев меня, мама не стала радоваться, а взяла полотенце, стала меня им бить. Я прятал лицо, бегая по кухне, пока Катя не бросилась между нами:

– Мама, не бей его! Это я виновата!

– Что виновата, то виновата! – согласилась мама, бросая полотенце, - Бросаешь брата! Где ты был?!

– Я с Настей гулял… - ответил я из-за Кати.

– Я была у Насти дома, - повернулась ко мне Катя, - тебя там не было. И Насти, тоже.

Я замолчал. Сказать, что на пляже были, купались? Папа придёт, покажет купание.

– Так, где были? – мама опять начала терять терпение.

– Гуляли, - опять уклончиво ответил я.

– Где гуляли?! Саша весь посёлок уже обежал!

– Мама, не надо! – вдруг вступилась Катя, - Тебе он не скажет.

– Ох, Катя! – вдруг сказала мама, - И в кого ты такая?

– Какая? – удивилась Катя, мама только рукой махнула. Тут звякнула калитка, и пришёл Саша.

Увидев меня, живым и здоровым, облегчённо вздохнул, а мне позволили идти, переодеваться. Я надел привычные трусики и майку, и вернулся. Мама уже налила мне тарелку борща, приготовила и пюре с котлетой.

Я набросился на еду, быстро опустошил тарелку. Мама радовалась моему аппетиту.

– Так бы каждый день, - улыбнулась она, - а то ковыряется чего-то. Набегался?

– Угу, - только и смог я ответить.

– Опять не постригся, - сокрушённо сказала мама, - скажу отцу, машинкой пострижёт.

При упоминании отцовской машинки, я побледнел. Отец пострижёт!! Потом на улицу будет стыдно выйти. Может, во время войны такие чубы и были в моде, но только не сейчас! Всё-таки, уже не 45-й год, а 72-й!

– Мама! – воскликнул я, - Завтра пойду!

– Я с тобой! – быстро сказала Катя, показав мне кулачок, чтобы я не сказал какую-нибудь глупость.

– Правильно, Катя, только больше не своди с него глаз.

– Да, мама, я только в туалет сходила…

Я понял и мысленно поддержал маму. И в кого только наша Катя уродилась!

– Я постригусь, - пообещал я из-за кружки с компотом, - а то меня сегодня за Катю приняли…

На кухне сначала повисла тишина, потом раздался весёлый смех, я тоже счастливо улыбался.

Добавляло мне радости ещё то, что завтра мы опять встретимся с Настей!

Вечером мы посмотрели телевизор, показывали кино, я даже не запомнил, какое. Мне было радостно сидеть рядом с Катей, я был страшно доволен, что не рассорились, и по-прежнему любим друг друга.