Наверно, всё было написано на моей физиономии, потому что, Катя фыркнула и рассмеялась:

– Что, Саша, хочется с взрослыми? Слушать их хвастливые пьяные речи?

– Откуда ты знаешь? – удивился я.

– Хватило мне… сам знаешь где.

– Да там ты сама набралась до неприличия! – воскликнул я, - А я предупреждал!

– Тоник, вот поэтому мне этот стол милее, чем все взрослые.

Я помолчал, посмотрев на источающие любопытство мордашки наших друзей. Нет, надо быть осторожнее, им здесь скучно, а как узнают о наших приключениях, могут и взаправду сбежать!

А потом их родители найдут нас, и… - я вздохнул: если скажут подставлять известное место, ничего не поможет. Между прочим, я уже здорово вжился в роль подростка, тем более в этом мире не забалуешь, к порядку может призвать любой старший, если он не подлого сословия, конечно.

Попробуй, докажи, что ты старше их на двадцать лет! А если будешь умничать, тебе быстро укажут место! Покажите мне Мир, где любят умников!

Стол, хоть и назывался детским, изобиловал яствами, только вместо пива и мёда стояли кувшины с шипучим квасом и слегка сладким медовым напитком, крепостью, как квас. Были различные морсы, соки. Только картошки не было, её замещала пареная репа. А так, супы, заедки, рыба и запечённое мясо в маринаде. На десерт были фрукты в меду, и орехи, также вываренные в меду.

Из горячих напитков были сбитень, и напиток, очень похожий на чай. Расспросив друзей, я узнал, что это настой иван-чая. Не хуже настоящего, между прочим! Да с орешками в меду!

Катя бросала на меня странные взгляды, на которые я не реагировал. Интересно, что опять задумала моя неугомонная подружка?

После обеда мы опять пошли в город, теперь я видел, что за нами приглядывают, но не стал придавать этому значения. Жаль, Дубыня ушёл, теперь надо ходить и оглядываться, возможно всякое.

Когда нагулялись, Катя предложила сходить к Любомиру, всем.

Ребята обрадовались, на нас и так все оглядывались, удивляясь схожести, даже спросили, не выдержав:

– Вы что, близнецы?

– Да!! – хором ответили мы.

– Все четверо?!

– Конечно!

Так веселясь, пришли мы к дому купца Любомира Ипатьевича, это нам поведали наши двойники.

Нас узнал Третьяк, отчего-то здорово развеселившийся при нашем появлении.

– Как наши лошади? – спросил я его.

– Не волнуйся, боярич! Малой каждый день их выгуливает!

Сначала я думал, что мальчика просто так называют, из-за возраста, оказывается, это его имя.

В это время имя присваивали по характеру, и то, когда характер начинал проявляться, а так существовало детское имя, которым называли ребёнка родители. Если ждали ребёнка, то называли Ждан, не ждали: Неждан, любили ребёнка, называли Любава, Любим, Любовь, не любили: Нелюба, Нетлюб. Так же могли не мудрствовать, называли по очерёдности: Первак, Вторак, Третьяк, и так далее, нередки были имена Сопливый, Мешок, Остроум, Криворук, даже Толстогуз.

В городе даже слышал неприличные то ли имена, то ли клички.

Нас встретил сам купец, и его жена. Нам, как взрослым, дали выпить квас на крыльце! Мы разделили ковшик на четверых, Ратибор перевернул пустой черпак.

Любомир с Любавой с доброй улыбкой смотрели на нас.

– Мы ещё в обед вас ждали! Дети все глаза проглядели, как узнали, что вы у нас поселились! – сказала Любава.

Нас опять усадили за праздничный стол, не чинясь. Больше взрослых не было, а угощать нас за отдельным столом хозяевам показалось неприличным.

Они осторожно расспрашивали нас, как мы повеселились, мы, смеясь, отвечали. Лада похвасталась за Катю, что ей удалось выиграть соболью шапку, в которой она щеголяла. Любава смеялась и ахала, по поводу нашей погони за неведомым разбойником.

– Как же вы не побоялись, он ведь взрослый! Заманил бы в лес, и разделался бы с вами!

Мы не знали, что отвечать, но в этот момент в столовую вбежали дети, мальчик лет десяти, и девочка помладше. Не сговариваясь, они подбежали ко мне и оба залезли на руки, я посадил их на оба колена, прижав к себе. Невероятно, как соскучился по детям!

Катя с удивлением, и даже ревностью, смотрела на меня, Ратибор с Ладой, ещё не забывшие детства, не могли понять моей радости, а родители буквально таяли от удовольствия.

Удивительные создания, эти дети! Вот как они за внешним видом подростка разглядели истинную мою сущность? Сущность любящего дедушки.

Дети были накормлены ранее, и потащили меня поиграть с ними в их комнате. Не успели мы там освоиться, пришли остальные ребята.

– Тоник… Саша! Ты чудо! – чмокнула меня в ухо Катя, - Как ты изменился, когда взял на руки детей!