– Судя по тому, что я видел, - и с учетом того, что видел я его уже после пересадки, - случай был крайне запущенный, - продолжил развивать мысль Его Высочество.

Я поколебалась - но пришла к выводу, что я не врач, чтобы хранить тайну пациента, а ближайшие родственники в любом случае имеют право знать, и сдала Рино с потрохами:

– Капитан много пьет.

– Пьет?
– несколько растерялся принц.
– Но все чашки в участке в обычной чайной заварке…

– А его была в заварке с коньяком, но я ее отмыла, - призналась я.
– И в сейфе у него что-то со спиртом, но уже не коньяк. А его печень… - я расстроенно махнула рукой.

– Вы заглядывали в сейф?

Разговор начал напоминать банальный допрос, но я все же ответила:

– Нет, конечно. Но я, как и все сестры Равновесия, чувствую примерный состав окружающих меня веществ. Не так точно, как более опытные жрицы, но при пересадках все же помогает.

– Вот как, - изрек принц, глубоко задумавшись, и наконец-то замолчал.

Вовремя: мы как раз пришли, и долгожданного гостя тотчас окружил звонкий восторженный хор, наперебой выспрашивающий, как его зовут, останется ли он тут жить, будет ли учиться и не хочет ли поиграть. Такие банальности, как поспать и поесть, младшим сестрам показались недостаточно захватывающими, зато если бы они расслышали разговор о пьянстве капитана, обсуждение стало бы гораздо более интересным и куда менее подобающим.

И вот тут-то Его Высочество и сразил меня наповал.

Вместо того, чтобы, как нормальный мужчина, ошалеть и онеметь в растерянности от такого напора, он обаятельно заулыбался и последовательно представился, сообщил, что останется гостить, если очаровательные юные хозяйки не против, с удовольствием займется учебой, потому как ему это безумно интересно, и предложил поиграть прямо сейчас - бежать наперегонки до ближайшей воспитательницы. Поскольку принц понятия не имел, где эта самая воспитательница, победу он, видимо, решил благородно уступить.

– У вас очень выразительная мимика, сестра Мира, - усмехнулся он, легкой трусцой направляясь за гомонящей стайкой, умчавшейся к кельям старших сестер. Пришлось брать себя в руки и бежать за ним, старательно придерживая комментарии. Его Высочество усилия оценил и пояснил: - У моего старшего брата удивительно бойкие тройняшки, обожающие убегать от нянек. И им тоже кажется, что лучше общаться с дядей, чем с родителями и наставниками, которые все время чего-то от них требуют.

– А вы не требуете?
– коротко хмыкнула я, стараясь сберечь дыхание.

– Требую, разумеется, - серьезно кивнул Его Высочество.
– Немедленно слопать наличествующие сладости и спрятаться под моей кроватью со светлячком, чтобы почитать книжку. Вместе со мной, потому что сами они еще не умеют.

На это я ничего ответить не успела: мы как раз добежали до сестры Ронны, распекающей ребятню за нарушение дисциплины, и принц тотчас же влюбил детей в себя окончательно и бесповоротно, просто сознавшись:

– Это я их подбил, почтенная сестра. Не сердитесь, пожалуйста.

Саму Ронну подкупить было не так просто. Детей она тоже любила, но полагала, что лучшее, что она может для них сделать, - научить их служению и Равновесию, невзирая на их же яростное несогласие.

– Надеюсь, вы осознаете, какой пример подаете моим воспитанницам, Ваше Высочество, - заметила она и сурово поджала губы. При виде этого у меня мелко затряслись коленки, и всяческие непочтительные мысли о благородных принцах, прячущихся под кроватью от наставников, стали близки и понятны, хотя период моего воспитания давно (и безуспешно) закончился.
– Сейчас у них должен быть урок арифметики. Этот навык чрезвычайно важен в ритуалах Равновесия, и недостаточный его уровень может стоить одной из них жизни!

– Я понял, - серьезно кивнул принц, окинув взглядом окружившую его стайку.
– Позволите ли вы мне присоединиться к уроку? Я бы с удовольствием послушал. А выделенную мне келью успею посмотреть и после занятий, если сестра Мира сумеет выкроить время.

Показать ему келью могла любая из младших сестер, но помимо этого принцу наверняка хотелось бы выслушать новости и планы, так что я вмешалась, прежде чем девочки в порыве небывалого патриотизма выразили готовность сопровождать Эльданну где угодно и когда угодно (но лучше бы все-таки прямо сейчас):

– Как пожелаете, Ваше Высочество, - сотворила жест Равновесия на прощание, благосклонно кивнув ответившим тем же воспитанницам, и отправилась обратно в приемный зал.

Я успела как раз вовремя, чтобы застать новую прихожанку. Она ворвалась в зал, заливаясь слезами и прижимая к груди крохотный сверток. Из вороха пеленок выглядывал синеватый носик и маленькая ладошка с потемневшими кончиками пальцев.

Все слова про не задернутый полог и пожертвование застряли у меня в горле. Тилла привстала за алтарем, округлив глаза.