Бл*дь, мне придется пережить этот момент выяснения отношений, не так ли? Боже, бл*дь, помоги мне.

— Послушай, Макс, я понимаю, что ты злишься и не хочешь говорить о том, если я уеду…

— Когда…

— Черт возьми, Макс, это даже не подтверждено!

На самом деле, подтверждено. И из-за своей лжи я чувствую себя еще большим козлом.

Она сердито смотрит на меня, и я вскидываю руки вверх.

— Ладно. Это решено почти на сто процентов. И я знаю, что ты злишься из-за того, что я тебе не рассказал. Знаю, ты злишься, потому что думаешь, что стану совать свой член в каждую встречную, пока меня не будет, но я не буду против небольшой доли доверия.

Это новая сторона меня…

Макс выглядит ошарашенной тем, что я сказал, но не спорит.

— Макс, миллионы женщин могут приходить ко мне хоть каждый день до конца моей жизни, и ни одна из них не будет стоить ни единого усилия. Ты единственная женщина, которую я хочу. И ты одна, кто когда-либо получит меня. — Ее тело расслабляется, и я вижу победу на горизонте.

Слава. Богу.

— И я еще не уехал. Так что, пожалуйста… мы можем просто насладиться тем временем, что осталось? — Я прижимаюсь губами к тыльной стороне ее ладони.

Она неторопливо кивает и наклоняется ко мне, чтобы оставить нежный поцелуй на губах.

Бл*дь, это приятно. Я упомянул о том, что она не прикасалась ко мне со вчера?

Мой член шевелится от переизбытка чувств, и я прижимаю ладонь к ее затылку, притягивая свою женщину ближе. Изголодавшись по ней, прикусываю ее нижнюю губу. Когда из ее приоткрытого рта вырывается стон, я вторгаюсь в него языком и быстро накрываю ее рот своим.

Будет плохо, если я попытаюсь трахнуть Макс в доме ее тети с дядей? Вы уверены? Хорошо. Но, правда, насколько плохо? По шкале от одного до десяти?

Макс удается выпутаться из моего захвата и отстраниться.

— Логан, малыш… нам нужно идти.

Издавая стон, я отклоняюсь назад, зная, что, окажись я слишком близко к Макс, мой член никогда не поймет, что сейчас не лучшее время для секса.

— Мы можем сначала поехать домой и трахнуться? Я здесь умираю.

— Один день без секса, и ты уже умираешь?

— Эм…. Да? — Она хихикает и игриво ударяет меня в грудь. Притворяюсь, будто мне больно. — Ауч. Осторожно, стальной кулачок, иначе контракт подпишут с тобой, а не со мной.

— Какие мы ранимые, — Макс качает головой, до сих пор улыбаясь. — Давай, чемпион. Чем быстрее мы туда войдем, тем быстрее сможем уехать. — Я смеюсь и следую ее примеру, выбираясь из машины, когда она произносит: — Я внезапно проголодалась…

— Ты ходила на ланч сегодня?

— Ага. Мы с Тони перекусили салатами.

— С каких пор ты ешь салаты?

— Мне нравятся салаты, — она прозвучала обиженно. — Они просто не мои любимые. Все равно после двух ложек мне показалось, что я помчусь в туалет, и меня вырвет.

— Несварение?

— Или нервы, — ее рука скользит по моей спине, когда я закидываю свою ей на плечо.

Естественно, что Макс вымоталась. У нее очень особенные предпочтения в еде. Надеюсь, она сможет сбросить напряжение. Отчасти потому, что я не могу больше обходиться без секса. Не знаю, как буду справляться с этим в отъезде, но мы разберемся с этим мостом в ад, когда попадем на него.

* * *

Спустя две с половиной вырезки с красным картофелем, зелеными бобами и свежеиспеченным хлебом, мы до сих пор разговариваем за столом.

Верите или нет, но я всегда нравился ее дяде с тетей. Странно до жути, если вы спросите меня, потому что с малых лет я пробирался к ней в окно по ночам, но они ни разу и ничего не сказали мне об этом.

— Так что сначала любительские бои, а теперь собственный путь к профбоям. Ты же знаешь, что это не будет длиться вечно, — говорит Майкл, отхлебывая свое пиво. — Что будет после?

Вопрос на миллион долларов. Можно подсказку? Звонок другу?

Я пожимаю плечами.

— Не уверен. Не думал об этом наперед.

В его глазах загорает огонек.

Вы тоже слышали сигнал о неправильном ответе? Вы же понимаете, что мне не доводилось встречаться с родителями девушек прежде? Когда вы трахаетесь, то не думаете, что сначала вам нужно спрашивать разрешение отца. Дерьмо. Это был плохой выбор слов.