Несмотря на то, что он уже несколько месяцев был любовником Рейн, они никогда не разделяли этот уровень спокойной интимности.

Его накрыло осознание: «Мы оба устали жить с призраком…»

В течение многих лет, идея Макена о том, чтобы он и Лиам, работая в тандеме, делили сабмиссива своей мечты, чтобы посмотреть, как она расцветет, была утопией. Но Рейн стала этой женщиной. Жизнь, о которой он всегда мечтал, была в его руках. Но если он сам не возьмет себя в руки, они вполне могут оставить его позади.

— Доброе утро, — его скрипучий голос нарушил тишину.

— Я не слышала, как ты пришел прошлой ночью, — Рейн бросила в его сторону настороженный взгляд, запахивая халат и завязывая пояс на талии.

Закрывая себя от него.

Беспокойство сдавило горло Хаммера.

— Извини, я не ответил на твое сообщение прошлой ночью.

— Ты занят. Я знаю.

Он вскочил с кровати и кинулся к ней. Боже, ему нужно было почувствовать ее. Опасливо, она отступила назад. «Она не хотела, чтобы он прикасался к ней?»

— Поговори со мной, прелесть, — грудь Макена раскололась на две части.

— О чем? — пожала она плечами.

Он ухватился за тему, которая не сможет расстроить ее:

— Каким кремом Лиам растирал тебя?

— Обычным маслом какао.

Лиам скользнул рукой под халат, глядя на Хаммера:

— Я наношу масло на ее грудь и живот каждое утро, чтобы сохранить кожу мягкой и предохранить от появления растяжек.

Подобрав банку, лежащую на матрасе рядом с другом, Хаммер понюхал ее, в поисках любого повода, чтобы прикоснуться к девушке.

— Я мог бы помочь.

Рейн посмотрела на Лиама. Неуверенность, проскользнувшая на ее лице, вызвала чувство вины, ударившее кулаком в живот.

— Если хочешь.

— Конечно, хочу, — он обхватил рукой свой стояк, желая, чтобы Рейн увидела его «голод» по ней. — Это похоже на то, что я не хочу тебя?

— То, что ты твердый, должно заставить меня чувствовать себя особенной? — девушка отвела глаза.

Неправильный подход. Хаммер сел на матрас рядом с Лиамом, накрывая колени покрывалом.

— Прелесть, мне жаль, что я отсутствовал. Я никогда не хотел, чтобы ты сомневалась в моей преданности.

Кроме дрожащего подбородка ничего не выдало ее тревоги. Она стояла, не двигаясь, молча говоря ему, что он сделал именно это.

Не сдержавшись, Макен схватил ее руку и положил ладонь девушки на свою грудь, в области сердца.

— Скажи это, Рейн. Скажи мне, что я сволочь и что я обидел тебя. Сделай это.

Она вырвалась:

— Последние два месяца, я чувствовала себя так же, как в первые шесть лет, что прожила с тобой в «Темнице» — невидимой, недостойной. — Девушка покачала головой. — Я больше так не могу.

Сердце Хаммера остановилось.

— Рейн, детка, ты никогда не была для меня ни той, ни другой. Я был слишком занят. Я знаю. Но я клянусь, ничто не сможет заставить меня перестать любить тебя. Ничто.

— Я хочу верить… но я знаю тебя. Твои аппетиты, — она скрестила руки на груди, словно отгораживаясь от него. — Ты никогда не был человеком, который будет долго воздерживаться.

«Она думала, что у меня был кто-то на стороне?»

— После тебя я не прикасался ни к одной женщине, — он рывком поднялся на ноги и обхватил руками лицо девушки, желая, чтобы она поверила ему. — Ты разрушила меня для всех остальных.

— Не надо говорить мне то, что, по-твоему, я хочу услышать, — попыталась отодвинуться она.

Но в этот раз он не стал ее отпускать.

— Ты знаешь меня, я никогда не пытался скормить тебе с ложечки фуфло, чтобы пощадить твои чувства. Я люблю секс. В этом ты права. Так что мой кулак работает изо всех сил.

— Это не то, что нужно было сказать, приятель, — застонал Лиам. — Пора вручить тебе лопату для говна.

— Твой кулак? — глаза Рейн сузились. — Я ждала тебя возбужденная и обеспокоенная тем, что ты потерял интерес ко мне. А ты предпочитаешь уединиться с собственной рукой?

— Блять, нет! Я всегда предпочитаю тебя.

— Тогда почему ты игнорируешь мои видео? Ты больше не с нами? Когда ты занимаешься сексом, то создается впечатление, будто на моем месте могла быть любая другая женщина. Держу пари, Марли ты уделял больше внимания, когда спал с ней.

Макен отпустил девушку, понурив голову. «Как он может опровергать ее слова, когда они были правдивы?» После нападения Билла, он настолько погряз в своих заботах об эмоциональном состоянии Рейн, что дал ей слишком много времени и пространства. На самом деле, он мешал ее восстановлению, вместо того, чтобы просто дарить ей свою любовь и поддержку.