– Дару, что с Алешом?
– первым делом спросила ответственная гаргулья, а может ей хотелось скорее забыть о позорном сидении в тесной бочке и перевести мысли на деловой лад.

– Он на дереве забеги устраивает. Ему как-то удалось оживить его и теперь по-видимому он его тренирует.

– Как? А как же наша засада?
– разочаровано и уже чисто риторически спросила гаргулья.

Между тем, вера в Алеша и всеобщее заблуждение, доставили молодому лэр-ву массу адреналина. Да что там, слова уйма, бездна, пропасть или тьма- тьмущая подошли бы больше к поглощаемому им гормону "шальной бодрости".

Убаюканный тихим шелестом листочков под утро, он неожиданно проснулся, услышав птичий гвалт и присоединившийся к ним истошный визг. Ничего не соображая юный лэр-в вскочил, держась за ветки и впервые не знал, что делать. Его дерево, на котором ему в какой-то момент стало очень удобно, схватило пару курей и побежало. Вот что он должен был делать в этой ситуации?

Он держался за ветки и пытался устоять.

Положение усугубил грохот с крыши. Дерево явно перепугалось и рвануло к выходу, там оставленные сторожа на ночь, безбожно вырванные из сновидений, не задумываясь воспользовались выданными им шумелками от души добавляя грохота. Дерево обезумело, родители и гости стоящие у подъезда, замерли, словно наблюдали праздничное представление и не собирались спасать сына, а Алеш носился по саду вместе с деревом не зная, что делать и очумевая от происходящего. Отчего-то захотелось увидеть разумницу гаргулью, но на крыше её не было, зато при забеге он увидел выползающей её из бочки на четвереньках.

Мир сошел с ума!

Наконец безумие звуков сошло на нет и дерево, словно стесняясь своих забегов, притормозило и маленькими шажками попыталось затереться среди обычных саженцев. Алеш никак не мог спрыгнуть. Как только он приготовлялся к прыжку, так ветки перед ним смыкались.

Свидетели бесчинств недоумевали, зачем молодому хозяину птица и одновременно восхищались им, как он замагичил дерево.

Выползшая из бочки Гаруня, приближаясь к раздетым и слегка возбужденным обитателям дома, послушав догадки, бросилась с Дару в погоню за деревом. Она не знала, что ожившие растения - это нонсенс, но ведь была затеяна операция по поимке похитителя птиц, и похоже, она успешно завершилась. Осталось спасти Алеша от преступника.

Дворецкий же узнал дерево, как говорится "в лицо". Именно оно росло невдалеке от чёрного хода кухни и именно ему была заботливо подрыхлена почва, куда скидывали пожёванное мясо гаргульей.

Это был редкий вид самого красивого дерева на Вариетасе. Он должен был умопомрачительно цвести и прикрывать собой помойку. Цветки этого редкого дерева питались мелкой мошкой, что определяло двойную выгоду. Единственный его недостаток был слегка неприятный запах, но кто будет у помойки втягивать носом?

И вот, это роскошное и очень полезное дерево теперь устраивало забег, после охоты. Всё это Дару вывалил лэре Гаруне пока они пробирались к затаившемуся растительному преступнику. Она слушала и переваривала поступившую информацию.

"Хищный энт", пришло ей на ум. Удивительное сочетание её потрясающих теоретических, неизвестно откуда взявшихся познаний с полной неосведомленностью жизни на Вариетасе вообще. Впрочем, в данный момент речь была не о её уникальности, а о требующемся спасении её замечательного, самого лучшего и расчудесного Алеша. Иногда, только в такие моменты вдруг понимаешь, насколько тебе дорог кто-то. Гаруня переживала за своего друга безмерно.

Продравшись через последние кусты, с поломанными верхними веточками, пара охотников выскочила прямо к ожившему дереву.

– Гаруня, осторожно, оно кур сожрало!
– крикнул Алеш держащийся за ствол.

Дару мужественно, как на полигоне молодой лэр-в, прикрыл лэру гаргулью собою, увидя, что дерево нагнулось в их сторону.

– Бессовестное, - начал он отчитывать дерево, - я ли тебя не кормил, я ли о тебе не заботился, всё ждал, когда ты порадуешь нас цветением и до чего дождался!
– сердился дворецкий, воодушевляясь поникшим видом древесного хищника.

– Дару, скажи ему, чтобы выпустил меня, а то всё тело затекло, - взмолился Алеш.

– Ты слышало неблагодарное! А ну, немедленно дай лэр-ву слезть!

Веточки дерева разошлись и Алеш спрыгнул, простонал и кряхтя, неуклюже отошёл в сторону.

– Пока оно носилось, всё тело закостенело от напряжения. Ноги аж свело, - оправдался он.

Как только в саду установилась тишина и лэр-в Ферокс младший очутился на свободе, а честь его отмылась от приписанных ему куриц, сразу встал вопрос о дереве.

– Я слышал, что в дальних странах существуют закрытые леса и там живут разумные деревья, - поделился сведениями, подошедший капитан.

– Но чтобы деревья ели мясо в таком количестве, подобного я не слышал, - возразил Ферокс старший.

– Наш случай в плане питания объясним, загадка в другом, каждое ли дерево способно оживать, если давать специальные подкормки?

– Лэр-в Ферокс, давайте не будем плодить хищников, сегодня утка, завтра свинья, а послезавтра кто?
– резонно возразил Дару.