Открыв глаза через несколько минут, она поняла, что он все еще сканирует ее живот.

— Что ты делаешь?

— Сканирую… — его взгляд не отрывался от экрана.

— И что? Что-то не так с моим ребенком? — когда он не ответил, она схватила его за рубашку. — Хадар! — потребовала она.

— Это самка, — его глаза наполнились слезами, когда он взглянул на нее. — Вы носите дочь Короля.

— Ты уверен? — Лиза выхватила сканер из его рук, пытаясь понять, что видит.

— Весьма, еще совсем маленькая… — он продемонстрировал мизинец.

— Девочка, — прошептала она.

— Самочка, — поправил Хадар. — Вы поэтому заболели? Самочки заставляют вас болеть?

— Нет. Это может случиться и с мальчиком. Думаю, я заболела, потому что… Во-первых — недавний стресс… Во-вторых — рыдания и истерики действительно могут расстроить желудок… и в-третьих — трясущийся челнок. Все эти вещи заставили меня заболеть.

— Король не обрадуется… что вы больны, — сообщил ей Хадар.

— Не говори ему, — попросила она, прикрывая глаза.

— Я не могу…

— Хадар, я знаю, что твоя единственная забота — это я и Грим, но здесь замешано больше, чем просто мы, — она серьезно взглянула на него. — Ребенок в опасности?

— Я бы не…

— Не говорит ли какое-либо из твоих показаний, что она страдает? — потребовала Лиза.

— Нет, моя Королева.

— Тогда ты должен довериться мне, Хадар. Все, что произойдет в ближайшие четыре дня, может изменить вселенную. Изменить мир, в котором родится этот ребенок. Прямо сейчас, ожидание не причинит ей никакого вреда.

— Я буду сканировать вас ежедневно, — потребовал он.

— Согласна.

— И вы успокоитесь, — приказал он.

— Я сделаю все возможное, Хадар.

Он открывает рот, чтобы продолжить, но она остановила его.

— Просто подумай о влиянии, которое у тебя будет, когда Грим узнает… Тебе нужно будет лишь посоветовать что-то, и он, вероятно, прислушается… Реванш может быть очень сладким, Хадар.

— Да… — взволнованно улыбнулся он.

***

Верон стоял в командной рубке Грима, ожидая его для разговора. За последние несколько часов он связался с Императором, сообщив ему об изменениях в планах через «официальные» каналы, чтобы все слушатели посчитали, что это решение его. Он также успел переговорить с Алджером о разбирательстве смерти Короля Раска, и, когда капитан обсуждал с ним все, что знал, воин был резким, как будто расстроенным реакцией женщины в Большом зале, что очень удивило капитана, поскольку Алджер не состоял с ней в отношениях.

Грим хмуро разглядывал капитана Рэя, надежного друга обоих мужчин — сейчас он был не доволен им. Его Лиза пострадала из-за него, из-за плана, который они придумали.

— У вас не было причин так тянуть с решением, капитан.

Использование звания подсказало Верону, что Грим серьезно расстроен, и он вновь удивился. Он знал, что Грим всегда мечтал о потомке, но иметь дело с такой женщиной…

— Кирилу нужно было удостовериться, что это решение, Ваше Величество, исходит от меня, чтобы он смог убедить в этом Ассамблею.

— Она заболела, — зарычал на него Грим.

— Мне жаль, сир, — Верон тщательно подбирал слова. — Она более… Хрупкая… чем я ожидал после нашей предыдущей встречи.

— Хрупкая? — губы Грима скривились.

— Да, сир, если бы я знал, то бы предложил иной выход.

Грим мгновение разглядывал Верона.

— Следуй за мной, — приказал он и вышел из комнаты, зная, что Верон так и сделает.

В коридорах воины кивали Гриму и разглядывали Верона. Поняв, что они направляются в тренажерный зал, Верон нахмурился, не понимая, зачем, когда вдруг услышал смех, женский смех.

Грим прошел в зал, но Верон замер в дверном проеме, ошеломленный представшим зрелищем.

Самка Лиза и ее два потомка сплелись на матах, видимо играя в какую-то игру, и неудержимо смеялись. Шесть мужчин стояли по периметру зала, наблюдая за развлечением.

— Что вы делаете? — спросил Грим, подходя к женщинам.

— Ну, это должна была быть игра под названием Твистер, — смеясь, произнесла Лиза. Откинув с лица волосы, она попыталась распутать ноги девочек. — Но несколько сложно играть без точек и без счетчика, так что это просто стало бесплатным развлечением для всех.

Улыбаясь Гриму, она протянула к нему руки. Приняв их, он обнял ее и поцеловал в губы.

Верон не мог скрыть своего шока. Эта женщина кардинально отличалась от той рыдающей и вопящей, которую Грим принес на «Раптор». Она сияла… Она… А что это она и Грим делают?

— Это называется поцелуем, — Верон резко повернул голову, обнаружив мужчину, очевидно, охранника, произнесшего это.

— Целуются… — его глаза невольно вернулись к паре, сейчас разомкнувшей объятия.

— Да, они занимаются этим довольно часто и, похоже, получают от этого огромное удовольствие.