Подбежал Грига в шортах, натянутых шиворот-навыворот, и вскинул бластер. Прерывистая струя плазмы, калящаяся желтым цветом, ударила в десятиногую тварь и пробила ее, как мешок с тухлятиной.

Сгребая потоки песка с дюны, скатился Лобов. В руках его поблескивало оружие.

– Глаза! – рявкнул он.

Вита зажмурилась, но и сквозь веки пробивалось бледно-фиолетовое полымя разряда. Вслед за вспышкой ударил короткий гром. Девушка открыла глаза и досмотрела, как десятиног вспыхнул – весь, с головы до кончиков щупалец, превращаясь в сполох. Один пар остался.

– Бей их, ребята! – закричал Рич, подпрыгивая на песке. – Огонь!

Импульсы бластеров, лучи лазеров-гигаваттников, разряды дезинтеграторов били залпами и поодиночке, истребляя океанскую нечисть. В воздухе повис острый запах озона, мешаясь с вечными ароматами соли и гниющих водорослей.

– Мадемуазель, вы в порядке? – крикнул Пиньон.

– Да, шеф! – откликнулась Вита.

– Парни! – подозвал Лобов. – Все палатки закрыть, девушек и женщин проводить до тех круглых домов. И матрасы не забудьте! Николя, бери своих – прочешем дюны! Всё, что с буграми и щупальцами, – под луч!

– Есть, мон женераль! – браво ответствовал Пиньон.

– Это всё Грига накаркал! – радостно провопил Сидоровс. – Понарассказал про кальмаров!

– Молчи, наше всё!

Вита Бока вздохнула с облегчением. Всё в порядке, она среди своих. И только слой слизи на ноге, сохнущий и стягивающий кожу, напоминал о ночном происшествии.

А вверху, на беззвездном небе, сияли две луны, сростясь боками и обернувшись куклой-неваляшкой. «Интересно, – подумала девушка, – Дава спит сейчас или смотрит на луны? А если его взгляд отразится от лун, попадет он в мои глаза?..»

Черная ночь опустилась на Хассе – излюбленный венценосцами цвет закрасил небо и выткал звездный позумент. А вот улицы никак не хотели погрузиться во мрак и тишину. Тысячи факелов озаряли стены дрожащим светом, отбрасывая в проулки шаткие тени и высекая блики в окнах – курредаты отмечали коронацию императора Вантасса.

Неразличимая человеческая масса растекалась между каменными громадами домов и храмов, факельщики орали здравицы, пели гимны и просто вопили от избытка чувств. Голоса сливались в смутный, неразборчивый гул – только это и отличало факельное шествие от плавного течения реки, несущей на себе поток огней на плотиках, как в День Памяти Павших.

– Они бы так же радовались, – несмешливо фыркнул Свантессен, – если бы вместо коронования объявили мое низложение! Охлосу с демосом безразлично, за что пить перебродивший сок ягод квим – за упокой или во здравие, лишь бы выдержанное глотать, да осветленное.

– Не уважаете подданных, мой император? – тонко улыбнулся Давид.

Его величество пожал плечами.

– А за что их уважать? – спросил он.

Широко шагая, так, что полы сутаны развевались, шелестя и прихлопывая, император подошел к окну и затворил тяжелую свинцовую раму со множеством мутных стекляшек, вделанных в переплет. Рама встала на место, и сделалось тихо.

– Вот что, Тавита Вишту, – усмехнулся Свантессен. Его сухое лицо, обращенное к окну, осветилось красноватым отблеском, и профессор ксенологии стал похож на Мефистофеля, кривящего губы в демонической улыбке. – Признаюсь, когда я впервые услышал о том, что ты… что тебя занесло на Маран-им, то испытал немалое раздражение. Зачем мне, думаю, еще и эта головная боль? Однако время прошло, и голова моя перестала болеть.

Ты хорошо проявил себя, я ценю это и думаю, что тебе пора занять высший командный пост – почувствуй на плечах груз ответственности и пойми, каково приходится мне.

Приказ о твоем повышении готов, но не спеши радоваться – работы тебе привалит столько, что… Как говорят в Курре: «Поздравьте долгонога с началом пахоты!»

– Полагаю, что могу работать, – подтянулся Виштальский, – и объемы дел меня не пугают.

Император кивнул и торжественно сказал:

– Я назначаю тебя Великим магистром Имперской безопасности. Или лучше так – возвожу в Великие магистры! В твоем ведении окажутся полиция криминальная и полиция тайная, разведка и контрразведка, управление спецлагерями и резервациями. Тебе будут подчинены Охранные отряды и Черная гвардия. Кстати, я приписал к черногвардейцам не только рыцарей с арбалетчиками, но и штурмовиков-огненосцев. Короче говоря, ты станешь распоряжаться могучей силой принуждения и подчинения. И я приказываю тебе употребить ее по максимуму!

Давид повел себя так, будто новое повышение его не касается, – таков этикет.

– На этой декаде финиширует еще один земной флот, Второй, – продолжил император. – Прибудут крейсера Пятой и Седьмой космических эскадр. Они выведут на орбиту несколько планетарных гипноиндукторов – старой модели, но нам сгодится. Если я правильно расслышал, это будут направленные психоизлучатели типа «Матрикс». У нас с Землей всё оговорено, и данное макроскопическое воздействие одобрено Советом Мира. Вижу вопрос на челе твоем, магистр, и отвечаю: нет, никакие силовые акции не планируются. Просто флотские психоинженеры будут облучать те или иные области Курре, а твоя задача, магистр, собирать, вернее, подбирать тех из обработанных, кто является врагом короны. Надо очистить от колдунов и ведунцов все так называемые «святые места» – корабли с учеными, землянами и сириусянами, вот-вот прибудут, и надо сразу разворачивать фронт исследовательских работ.