Когда он не ответил, она положила руку ему на плечо.

Он отстранился от нее.

— Я знаю. Я просто немного ... — Он пожал плечами.

 Сара выпрямилась, ее сердце колотилось.

— Ты сегодня куда-нибудь собираешься?

— Я не работаю сегодня, — ответил он сухо. Через минуту он издал звук, который мог быть даже забавным. — Сегодня мой день рождения. Кэтрин никогда не заставляет меня работать в мой день рождения.

 Она повернулась к нему.

— Сегодня? Твой день рождения?

 Он посмотрел в свой пустой стакан.

— Двадцать семь.

— Райан! Почему ты молчал?

Он пожал плечами.

— Просто так.

— До сих пор, я имею в виду, — упрекнула она.

Он снова пожал плечами.

— Зачем было говорить?

— Мы могли бы отпраздновать. — Когда он не ответил, она добавила: — Мы все еще можем. Давай сходим куда-нибудь.

— Я не хочу.

 Ей было больно видеть его таким подавленным. Она снова положила руку ему на плечо.

 Он отошел, как будто она обожгла его.

— Не надо.

— Райан.

— Просто не надо.

— Но я...

— Я только что выпил достаточно виски на пустой желудок, Сара, — сказал он. — Не испытывай меня сейчас.

— Я и не собираюсь.

— Если ты снова прикоснешься ко мне, то непременно испытаешь мое терпение, — огрызнулся он. — Вот как-то так. Так что просто держись на расстоянии, ладно?

 Он, конечно, не полагал, что его речь будет соблазнительной, но от желания у нее снесло голову.

— Я тоже не хочу никуда идти, — сказала она. — У меня есть идея получше.

 Он уловил намек в ее голосе и посмотрел на нее с подозрением. Она смотрела ему в глаза, сгорая от желания и страсти, которую, наконец, выпустила на волю. Он напрягся всем телом, когда она взяла стакан из его руки. Она деликатно лизнула краешек, где остался отпечаток его губ, а затем сделала глоток растаявшего льда со вкусом скотча. Их глаза встретились снова, в них он увидел, чего она хотела. Он резко выдохнул.

— Нет. — Он покачал головой. — Ты сказала...

— Меня не волнует, что я говорила.

Он сделал шаг назад.

— Ты будешь сожалеть об этом позже.

Она сделала шаг вперед.

— Меня это тоже не волнует.

Он забрал у нее свой стакан с виски.

— Я сейчас зайду внутрь, — сказал он, отступая. — А завтра ты мне скажешь за это спасибо.

 Когда он отвернулся от нее, она сказала:

— Райан, я люблю тебя.

Он остановился, опустил голову и издал подавленный звук.

— Это нечестно, Сара.

— Нечестно? — Она прижалась к его спине и обняла за талию. — Моя сестра так счастлива в любви. Я чувствовала себя так одиноко, видя их вместе. Знаешь, что не справедливо? То, что я влюбилась...

— Сара ...

— Мне так одиноко, я хотела плакать весь день. Почему я не заслуживаю быть счастливой, когда я тоже нашла кого-то?

— Я никогда не хотел причинить тебе боль.

— Мой отец продолжал говорить о моей матери, он так сильно скучает по ней. — Она почувствовала, как от дыхания поднимается его грудь, чувствовала его напряжение и его нерешительность. — Я ехала, размышляя о том, что, если я погибну в аварии на трассе сегодня вечером? Что я вспомню с моим последним вздохом? Мой самый счастливый момент в жизни? О чем я больше всего сожалею? — Она прошептала: — И в том и другом случае — ты.

Она почувствовала, как он вздрогнул, когда она провела ладонью по его животу. Одной рукой он сжал ее руку. Она закрыла глаза и потерлась щекой о его плечо. Он даже перестал дышать на мгновение, а затем его дыхание участилось.

Сара пробормотала:

— И я даже не могла вынести мысли о том, как я чувствовала бы себя, если бы ты умер. Хуже всего было бы потерять тебя. — Она гладила его торс поверх рубашки. — Особенно никогда не любя тебя так, как я хочу любить. Это выглядит как преступная глупость, как смертный грех, Райан.

— Если мы займемся любовью ... — Его голос был хриплым.

— Да, давай займемся любовью, — настаивала она. — Я хочу чувствовать тебя надо мной, подо мной, внутри меня...

— Сара. — Он опустил свой стакан. — Все будет по-другому.

— Я хочу, чтобы все изменилось.

 Он повернул голову, потерся щекой о ее волосы. Она слышала, как он дышит. — Ты знаешь, где я был.

— Меня не волнует, где ты был, — сказала она. — Я просто хочу, чтобы ты был со мной.