— Боже, я превратилась в такую плаксу в последнее время, — сказала она с отвращением в голосе.

— Ну, от меня и твоей карьеры ты перенесла несколько ударов ниже пояса, — пробормотал он, поглаживая ее спину.

Сара глубоко вздохнула.

— Ну… Мой агент была своего рода слишком заносчивой. Я предполагаю, что я не буду скучать.

— Плюс ко всему, она была ленивой, близорукой сукой. — Когда Сара сделала вдох, он добавил: — К тому же, тебе, вероятно, следовало уволить ее в любом случае. Так что, может быть, она освободила тебя от принятия такого решения.

— Почему я должна была уволить ее?

— Всякий раз, когда ты говоришь об увольнении твоим издателем, ты всегда винишь себя, что ты не смогла это предвидеть. Но ты — творческая личность. Было бы большим преимуществом, если бы ты разбиралась в бизнесе, но это не твоя работа. Написание книг — вот твоя работа. Быть подкованным в бизнесе — это работа твоего агента. — Он потерся щекой о ее волосы. — Так почему же она не увидела приближающуюся опасность? Почему она не говорила об этом с тобой? Возможно, вы бы вместе придумали план действий. И теперь, когда это случилось, лучший вариант для ее карьеры — это сбросить давнего клиента со счетов, кстати, который усердно работает над новой книгой.

— Что ж…

— Она опирается на прошлое, а не на будущее. Это плохой бизнес.

— Может быть…

— Она не прочитала твою новую книгу. Ни одной страницы! Она даже не знает, о чем она. Что ей стоило прочитать ее, когда она будет закончена, а затем принять решение о том, следует ли продолжать быть твоим агентом? — Он пренебрежительно вздохнул. — Но она не делает этого, потому что она не хочет работать. Она была заинтересована в тебе до тех пор, пока тебе ничего, по сути, от нее не требовалось. — Когда он перестал говорить, он понял, Сара дышит ровно. Больше не плачет. Просто слушает его и думает о том, что он говорил. — Я прав?

— Я не знаю. Может быть, — пробормотала она. — Я надеюсь, что это так.

— Будешь ли ты пытаться сделать вид, что я прав?

— Я полагаю, что я могу попробовать.

— Хорошо. Потому что я думаю, что этот план лучше, чем твой, согласно которому ты бы ходила по квартире и думала о том, что ты — неудачница.

— Это и был мой план, — призналась она.

Он улыбнулся и поцеловал ее волосы. Он почувствовал, как ее руки сомкнулись вокруг него. Она потерлась щекой о его плечо, ее ладони медленно двигались по его спине. От удовольствия он закрыл глаза и призвал себя к самообладанию.

 После долгого, теплого момента она прошептала:

— Я должна сказать тебе ...

— Что? — он прошептал ошеломленно, так как они продолжали цепляться друг за друга.

— Я чувствую это снова. — Когда он не ответил, она добавила: — Ты понимаешь, что я имею в виду?

— О, да. Я понимаю. — Его руки сжали ее. — Я тоже.

— Я не могу сделать это, — прошептала она.

 У него защемило в груди.

— Хорошо.

Она вздрогнула.

— Мы должны отпустить это.

— Правильно. — Просто еще одну секунду. — Хорошо. — Нет, просто дай мне секунду. — Давай отпустим. — Нет.

Ее руки сжали его плечи, и когда она повернула голову, он почувствовал ее теплое дыхание на шее.

О, я хочу этого. Пожалуйста, пожалуйста…

Она перенесла свой вес, и он мгновенно почувствовал, как ее грудь прижимается к его плечу, ее колено подталкивает его бедро, и ее ...

Вспомнив, что он заверил ее, что не будет делать того, что он уже почти был готов сделать, он нашел в себе силы, чтобы отодвинуть ее в сторону, и стремглав отступить назад, пока не уперся в перила. Его дыхание стало частым, и он знал, что ее щеки покраснели, но не от слез.

Она снова содрогнулась, всплеснула руками и отвернулась от него.

— Прости, — сказал он хрипло.

— Нет, это мне очень жаль. Я была расстроена, а ты просто утешал меня, и я...

— Нет, ты была на грани истерики. Но потом я, э-э ...

— Я сделала тоже самое.

— Ну, да. Я думаю, мы оба сделали.

Она откашлялась.

— Мы, вероятно, не должны...

— Не следует прикасаться, — сказал он.

— Не таким образом.

 Он должен быть честным с ней.

— Может быть, не совсем. — Когда она смотрела на него, он сказал: — Это просто будет сдерживать нас, Сара. Это то, что я чувствую к тебе. И если это то, что ты чувствуешь ко мне...

— Ты знаешь, что я чувствую.

— Тогда каждый раз, когда мы начнем прикасаться, как если бы мы были друзьями...

— Мы друзья.

— Мы чуть... прямо здесь.... снова.

— Мы — друзья, — повторила она.

— Мы друзья, тела которых хотят быть намного больше, чем просто друзьями.

Их взгляды встретились. Через некоторое время она сказала:

— Этого хочет не только мое тело.

— Согласен. У меня также, — признал он. — Если бы тебя хотело только мое тело, то я бы не стал ... Я имею в виду, я мог бы контролировать... — Он опустил глаза и надеялся, что она поймет, и добавил: — Понимаешь, секс на самом деле ничего для меня не значит.