Он вздохнул.

— Иногда. Теперь мы можем просто остановить это?

— То, что сегодня утром, после того, как твой ... твой «легкий» двухчасовой трюк? — Сара свирепо смотрела на него сейчас. — Неужели она заплатила тебе?

— На самом деле, если бы она не передала мне деньги, — сказал он устало, — то меня бы даже не пытались арестовать.

— Что случилось? — Когда он колебался, она подтолкнула, — Ну?

— Меня схватили в коридоре, когда я уже уходил. — Если это было то, что Сара хотела от него услышать, хорошо. Она могла услышать все в подробностях. Она презирает его. В конце концов, это было то, что он заслужил. — Копы сказали, что у них была запись, где я имею клиентку прямо на массажном столе. Я отымел ее три раза...

Сара издала сдавленный звук и прикрыла рукой рот.

— И она даже не смотрела на меня. Я думаю, что она представляла кого-то другого на моем месте. — Он равнодушно пожал плечами. — Во всяком случае, полицейские засняли все шоу на камеру. В том числе и ту часть, где я принял деньги от нее. Они сказали, что я попался. Но это было не так, поэтому-то они меня и отпустили во второй половине дня.

Она смотрела на него в ужасе и молчала.

— Сара... — Он сделал неловкий жест. — Я говорил тебе, что подробности не были хорошей идеей.

 Она выглядела так, как будто она никогда не видела его раньше.

— Я говорил тебе, что я не был тем, кем ты думала. — Когда он увидел, что слезы собираются в ее красивых темных глазах, он сказал с отчаянием, — Я говорил тебе, что правда все изменит между нами, Сара.

Слезы покатились по ее щекам, сверкая в золотом свете свечей.

— О, Боже, не надо. — Он облокотился на колени, обхватил свою голову руками, и смотрел на пол, не в силах больше смотреть на нее. — Пожалуйста, не делай этого.

Она попыталась заговорить, но подавилась рыданием.

— Пожалуйста, остановись, — прошептал он.

— ... Почему?

— Потому что я не могу, — сказал он в отчаянии. — Я не могу выносить твоих слез.

— Нет, я имею в виду... Я имею в виду, почему ты это делаешь? Почему ты продаешь себя, как ... как ...

— Как шлюха?

— Что-то вроде...

Он смотрел в пол.

— Так получилось.

— О чем ты говоришь? — Она издала гневный звук и сдвинулась на спинку стула. — Так получилось? Так все просто, Райан? — Когда он не ответил, она резко добавила: — Или теперь, когда моя рука залезла тебе в штаны, я должна называть тебя Кевин?

— Нет.

— Почему нет? Разве это не то имя, которое ты используешь, когда работаешь?

Ему стало плохо от ее сравнения того, что произошло между ними, и что он делал на работе.

— Почти все жиголо работают под фальшивым именем, Сара. В целях обеспечения конфиденциальности и для защиты. — Он не знал настоящих имен сотрудников Кэтрин, и они не знали его. Потому что, когда он был в том мире, он был Кевин. — Но я не использую мое рабочее имя здесь. Я не использую его с тобой.

 Сара посмотрела сквозь слезы.

— Так что я должна тебе за этот вечер? Сколько?

— Ты не сможешь позволить себе меня, Сара, — огрызнулся он.

— Ах, вот почему ты отбросил меня на пол некоторое время назад? — она откинулась назад. — Потому что, если бы мы закончили начатое, ты знал, что я не смогу заплатить тебе?

— Боже, Сара!

 Она поднялась на ноги и потребовала ответа.

— Так было ли это бизнес– решение?

 Он тоже встал.

— Ты — та, кто настоял на правде! — он крикнул. — Ты — та, кому нужны были подробности!

 Их крики снова потревожили собаку, которая теперь поднялась на ноги и начала выть. Они оба проигнорировали ее.

 Сара крикнула в ответ:

— Как ты мог врать мне прямо в глаза каждый день, когда мы встречались?

— Черт побери, Сара, ты думаешь, что я когда-либо хотел, чтобы ты узнала все это? — Он был зол, ему было больно, горько, стыдно. — Думаешь, я не сходил с ума, пытаясь понять, как тебе сказать, или как сделать так, чтобы никогда не рассказывать тебе об этом? И ты бы никогда не смотрела на меня так, как ты смотришь на меня прямо сейчас? Прямо сейчас, Сара!

 Она задохнулась, а затем закрыла глаза и прижала руки к лицу.

— О, Боже мой. Я не могу поверить, что это происходит. Боже.

 Он наблюдал за ее трясущимися плечами. Желая прикоснуться к ней и зная, что он не должен даже и пытаться, он сказал в тихом отчаянии.

— Мне очень жаль.

 Она попыталась заговорить, подняла свое заплаканное лицо, чтобы встретиться с ним взглядом.

— Мне тоже очень жаль.

 Их взгляды встретились, признавая ту боль, которую они причинили друг другу, они понимали друг друга без слов.