— Послушайте, — я делаю паузу и бросаю взгляд на его бейдж, — офицер Бенсон, я не пытаюсь бежать, черт возьми. Эта женщина – МОЯ жизнь, и я не выпущу ее из виду после такого дерьма. Просто попытайтесь понять на одну хренову секунду, что я сейчас испытываю, и следуйте за мной к чертовой больнице, хорошо? — говорю я, разворачиваюсь и забираюсь в машину скорой помощи.

Скорая трогается с места, я беру ее руку в свою и наклоняюсь к ее уху.

— Я люблю тебя, Принцесса, очнись, чтобы я мог увидеть, как эти глазки смотрят на меня. Дай мне увидеть эту любовь, детка.

Я не поднимаю головы от ее уха и нашептываю все, что в голову взбредет, лишь бы дать ей понять, что она в безопасности и что я рядом. По прошествии десяти минут мы останавливаемся у больницы и, прежде чем они выкатывают ее наружу, ее глаза с трепетом открываются и она встречает мой пристальный взгляд.

— Эй, Принцесса, — говорю я. Мой голос переполняют эмоции, а тело накрывает волной облегчения. — Любимая.

— Аксель... люблю... тебя, — еле слышно произносит она, после чего закрывает глаза и снова отключается.

Я выскакиваю из машины и следую за каталкой в отделение неотложной помощи. Наконец-то я могу вздохнуть свободно, впервые с тех пор как ответил на ее телефонный звонок. 

Первое что я замечаю, когда прихожу в себя – тихое жужжание. Открыв глаза, я оглядываю тускло освещенную комнату больницы, пытаясь сориентироваться в окружающем меня пространстве. Я чувствую легкую щекотку на своей руке, поворачиваю голову набок и опускаю взгляд.

Аксель сидит рядом с моей кроватью, его стул придвинут настолько близко, насколько это возможно. Он крепко удерживает в своей руке мою правую руку и прижимается своими губами к моей коже. Гудение, которое я продолжаю слышать, исходит от него; его еле уловимый шепот касается моей кожи. Он говорит довольно тихо, так, что я не могу разобрать слов, но тон его голоса чуткий и любящий.

— Акс-сель? — выдавливаю я. Мое горло сдавливает от сухости и это причиняет боль, когда с губ срывается его имя.

Он резко вскидывает голову и его красные опухшие глаза встречаются с моими.

— Принцесса… — шепчет он. На его глазах наворачиваются слеза и его губы растягиваются в легкой улыбке. — Девочка моя… моя храбрая девочка, — говорит он, и несколько слезинок падают с его ресниц. Он крепко закрывает глаза и выпаливает как на духу. — Я думал, что потерял тебя. Когда я повернул за угол и увидел тебя… увидел, как ты лежишь во всей этой крови… — он замолкает, но не раньше, чем его слова достигают моего слуха.

Кровь? У меня не было кровотечения. Или было? О, нет! Ребенок!

— Ребенок… — шепчу я хрипло. — Пожалуйста ...

Я отчаянно мотаю головой из стороны в сторону, слезы потоком струятся по моему лицу. Только не наш ребенок! Пожалуйста, боже, только не наш малыш!

— Что? Нет, Иззи, не ребенок. Малыш в порядке, ты в порядке. Прости, я имел в виду не твою кровь. Принцесса, перестань плакать, клянусь, наш ребенок в порядке, — он быстро успокаивает меня, снова и снова заверяя в том, что наше маленькое чудо в целости и сохранности.

Когда я, наконец, успокаиваюсь, я смотрю в его глаза… в его прекрасные глаза.

— С нами все в порядке? — спрашиваю я.

— Вы оба в полном порядке, — отвечает он, улыбаясь и нежно меня целуя.

— Грег? Ди? — спрашиваю я, когда он передвигается, чтобы сесть ко мне на кровать.

— С Ди все будет в порядке. Она потрясена, чертовски сильно потрясена, но с ней все будет хорошо. Она сказала, что Брэндон только связал ей руки и заклеил скотчем рот. Он был там около часа, прежде чем появилась ты. Думаю, что худшие травмы, которые она получила, – это удар по лицу, когда она открыла входную дверь, и разбитая губа. Она в порядке, детка.

— Где она? — спрашиваю я, снова оглядывая комнату.

— Бек забрал ее. Он на какое-то время отвез ее к себе на квартиру. Она сказала, что выставит объявление о продаже дома на рынке недвижимости.

Я слушаю его и пытаюсь осмыслить полученную информацию. Я понимаю, что тоже никогда больше не смогу находиться в том доме.

— Я предложил ей остаться у нас, но она сказала, что ей нужно подумать об этом.

Я морщу нос.

— Зачем ей думать о том, чтобы остаться с нами?

— Не знаю, Принцесса. Об этом тебе лучше самой у нее спросить.