– Я не за этим пришла, - ответила она, приблизившись к нему, но не садясь.

– Но ты согласна с этим, - констатировал он. – Я плохо повел себя. Я не должен был так говорить с Джулианом, особенно перед младшими.

Кристина заговорила осторожно.
– Я плохо знаю Джулиана. Но я верю, что он переживает за тебя, вот почему он не хотел, чтобы ты пошел с ними.

– Я знаю это, - сказал Марк к ее удивлению. – Но ты хоть понимаешь, каково это, когда твой младший брат волнуется о тебе, словно ты ребенок?
– Он запустил пальцы в свои волосы. – Я думал, что на время моего отсутствия их будет растить Хелен. Я и представить не мог, что все это ляжет на плечи Джулиана. Может быть, именно поэтому я совсем не узнаю его.

Кристина подумала о Джулиане, о его мягкой уверенности и осторожной улыбке. Она вспомнила, как в шутку сказала Эмме, что она может влюбиться в Джулиана при встрече. И он оказался гораздо красивее, чем она представляла по размытым фотографиям и неопределенным описаниям Эммы. Но, хоть он ей и нравился, она сомневалась, что сможет полюбить его. Слишком многое в нем было скрыто от постороннего взора.

– Я полагаю, что он спрятал большую часть себя глубоко внутри, - произнесла она. – Ты видел фреску на стене в его комнате? Ту, что из сказки? Мне кажется, он словно замок, окруженный шипами, который сам вырастил, чтобы защитить себя. Но, со временем, ты сможешь срезать эти шипы. Я верю, что ты снова узнаешь своего брата.

– Я не знаю, сколько времени у меня осталось, - промолвил он. – Если мы не решим их головоломку, Дикая Охота потребует меня назад.

– А ты этого хочешь?
– мягко спросила Кристина.

Он ничего не ответил, лишь поднял взгляд к небу.

– Поэтому ты пришел на крышу? Потому что отсюда ты сможешь увидеть Охоту, если они пролетят мимо?

Марк долгое время не произносил ни слова. Затем он сказал: - Иногда я представляю, что могу их слышать. Что я могу услышать топот копыт в облаках.

Она улыбнулась: - Мне нравится, как ты разговариваешь, - сказала она. – Твои слова всегда звучат как стихи.

– Я говорю так, как меня научил Дивный народ. Слишком много лет под их опекой.
– Он развернул руки и положил их себе на колени. Внутреннюю сторону его запястий испещряли длинные необычные шрамы.

– Сколько лет? Ты знаешь? – поинтересовалась Кристина.

Он пожал плечами.
– Время здесь измеряется иначе, чем там. Не могу точно сказать.

– Годы не оставили следа на твоем лице, - тихо произнесла она. – Иногда ты выглядишь, словно вы ровесники с Джулианом, а иногда у тебя будто нет возраста – как у фейри.

Он обернулся к ней.
– Ты говоришь, что я не похож на Сумеречного охотника?

– А ты хочешь этого?

– Я хочу быть похож на членов моей семьи, - ответил он. – Во мне нет цветов Блэкторнов, но я могу выглядеть как нефилим, насколько это возможно. Джулиан был прав – если я хочу участвовать в расследовании, мне нельзя выделяться.

Кристина удержалась от того, чтобы сказать Марку, что нет такого мира, где он бы не выделялся.
– Я могу помочь тебе выглядеть как сумеречный охотник. Если ты спустишься со мной вниз.

Он бесшумно задвигался по кровельной крыше, словно у него были мягкие лапы как у кота или если бы на нем была руна Беззвучия. Он отступил в сторону, пропуская ее на лестницу. Даже это он проделал приглушенно, и когда она, проходя мимо, задела его, кожа юноши была прохладной, как ночной воздух.

Девушка повела их в его комнату; он оставил лампы выключенными, так что она зажгла свой ведьмин огонь и положила его возле кровати.
– Вон стул, - указала она.
– Поставь его в центре комнаты и садись. Я скоро вернусь.

Парень с усмешкой посмотрел ей вслед. Когда она вернулась с мокрой расческой, полотенцем и парой ножниц, он сидел в кресле все с тем же лукавым взглядом на лице. Он сидел не так, как сидят на стуле обычные парни, раскинув руки и ноги. Он сидел так, как короли на портретах, нарочито прямо, как если бы корона на его голове держалась неустойчиво.

– Ты собираешься перерезать мне горло?
– поинтересовался он, когда девушка подошла к нему с полотенцем и острыми поблескивающими ножницами.

– Я собираюсь тебя подстричь.
– Она обернула полотенце вокруг его шеи и встала позади него. Его голова качнулась вниз, следуя за ее движениями, когда она взялась за его волосы и пробежала по ним пальцами. Это были такие волосы, которые должны были завиваться, но свисали вниз из-за своей длины и спутанности.

– Сиди смирно, - сказала девушка.

– Как прикажете, миледи.

Она прошлась расческой по его волосам и начала стричь, осторожно выравнивая по всей длине. Когда она срезала его тяжелую, серебристо-белокурую гриву, его очаровательные кудряшки свободно закрутились, как у Джулиана. Они завивались напротив его шеи, словно хотели быть ближе к нему.