– Кто-то подстрелил меня стрелой из арбалета. Иратце не помогали.

– Ну, сейчас ты выглядишь нормально.
– Ливви озадаченно на него поглядела.
– Окровавленный, но…

– Немного магии парабатаев, - ответил Джулс.
– Сначала они не помогали, но затем сработали. Прости, что напугали тебя.

– Да здесь будто безумная научная лаборатория.
– На лице Ливви читалось облегчение.
– Так кто в итоге тебя подстрелил?

– Это долгая история, - ответил Джулс.
– Как ты сюда добралась? Ты ведь не сама вела машину, верно?

Еще одна голова внезапно возникла рядом с Ливви.

Марк с копной светлых волос, окружавших его ореолом в свете ведьминого огня.

– Я привез их, - сообщил он.
– На скакуне фейри.

– Что? Но ведь твой скакун был разорван демонами!

– Коней у фейри столько же, сколько и наездников, - сказал Марк, довольный своей загадочностью.
– Я не говорил, что это был мой жеребец. Просто конь фейри.

Марк исчез с его стороны автомобиля. Прежде чем Эмма смогла понять, куда он делся, дверь позади Джулиана распахнулась. Марк наклонился, подхватил тело своего младшего брата и вынес его из машины.

– Что?

Эмма схватила стило и выбралась вслед за ними.

Еще две фигуры стояли на асфальте стоянки - Кристина и Тай, освещаемые фарами мотоцикла.

Вообще-то, весь мотоцикл светился. Принадлежал он не Марку, он был черным, с нарисованными на шасси рогами.

– Джулс?
– Тай был бледным и испуганным, когда Джулиан освободился из захвата Марка, дергая вниз остатки своей рваной рубашки.

Кристина поспешила к Эмме, Джулиан развернулся к своему младшему брату.

– Все в порядке, Тай, - сказал он.
– Я в норме.

– Но ты весь в крови, - сказал Тай.

Он не смотрел на Джулиана напрямую, но Эмма не могла перестать думать о том, вспоминал ли он Темную войну, и кровь, и умирающих вокруг него.

– Люди могут потерять строго определенное количество крови, прежде чем они...

– На мне есть руны, замещающие кровопотерю, - сказал Джулиан.
– Помни, Тай, мы Сумеречные охотники. Мы многое можем выдержать.

– Ты тоже вся в крови, - пробормотала Кристина Эмме, стаскивая с себя куртку. Она обернула ее вокруг плеч Эммы, прикрывая окровавленную майку. Она провела руками по волосам Эммы, глядя на нее обеспокоенно.
– Ты уверена, что не ранена?

– Это кровь Джулиана, - прошептала Эмма.

Кристина издала приглушенный звук и притянула Эмму в объятия. Она похлопала Эмму по спине, и Эмма обняла ее крепко-крепко и решила здесь и сейчас, что если кто-нибудь когда-нибудь попытается навредить Кристине, она разотрет их в порошок и сделает забавные песочные замки из их останков.

Ливви подвинулась ближе к Таю и взяла его за руку, шепча ему, что кровь это всего лишь кровь, что Джулиан не пострадал, что все было хорошо.

Тай часто дышал, его рука сжималась и разжималась вокруг ладони Ливви.

– Вот.

Марк стянул с себя свою синюю футболку. Под ней он носил другую футболку, серую. Джулиан моргнул.

– Надлежащее одеяние.

Он предложил ее брату.

– Почему ты под футболкой носишь еще одну футболку?
– спросила Ливви, на время отвлекшись.

– На случай, если одну украдут, - ответил Марк, словно это было совершенно нормально.

Все замерли, уставившись на него, даже Джулиан, снявший лохмотья, оставшиеся от его рубашки, надел футболку Марка.

– Спасибо, - сказал Джулиан, заправляя футболку Марка за пояс.

Он бросил клочки своей старой кофты на крышку мусорного бака.

Марк казался довольным и, поняла Эмма с запозданием, выглядел иначе. Его волосы больше не свешивались до плеч, они были коротко подстрижены, или просто короче, завиваясь возле его ушей. Это делало его одновременно моложе и современнее, менее нелепым в джинсах и ботинках.

Более похожим на Сумеречного охотника.

Марк оглянулся назад.

Она все еще могла увидеть ветер в его глазах, и звезды, и безбрежные поля пустых облаков. Дикость и свободу. Она задумалась, насколько глубокой была его трансформация обратно в Сумеречного охотника.

Насколько глубоко она когда-либо его затронет.

Она приложила руку к голове.

– У меня кружится голова.

– Тебе нужно поесть.
– Ливви взяла ее за руку.

– Нам всем это нужно. Никто сегодня не ужинал, и, Джулс, тебе запрещается готовить. Пойдем в Кантерс, захватим что-нибудь на ужин и решим, что делать дальше.

Все в Кантерс было желтым.

Стены были желтыми, киоски были желтыми, и большая часть еды была желтого оттенка. Не то чтобы Эмма возражала; она ходила в Кантерс с четырех лет вместе с родителями поесть их блинчиков с шоколадной стружкой и французских тостов.