Шрифт:
Покончив с обычными делами в посольстве, Карлайл отправился в «Биргартен», место, где можно было посидеть, где подавали пиво и мясо. Откровенно говоря, он хотел найти кого-то из знакомых, чтобы не снимать номер в отеле, а перекантоваться ночку бесплатно, и еще у него была здесь встреча. Но, зайдя в клуб, он услышал приветственный возглас и понял, что надежды его провалились. Скорее это его заставят раскошелиться.
– Боб…
– Сколь лет, сколь зим!
Низенький белобрысый поляк совсем не был похож на того, кем в действительности являлся – одним из наиболее опасных польских стрелков, выходцем из оперативной группы «Гром».
– Как ты?
– Ничего. А ты?
– Пока жив. Ты уже заказал?
– Нет. Как раз ты появился.
– А ты не меняешься…
Поляк был известен своими удивительными способностями столоваться и вообще жить на халяву. Это было его хобби, на него мало кто обижался.
– Но на сей раз даже и не думай.
– Жадина.
– Нет, просто я жду кое-кого.
– Тогда он и заплатит. Пошли…
Поляк увлек его за столик, они заказали мясо и бутылку киндзмараули – отличного автохтонного вина.
– Я слышал, что ты здесь, но не верил. Думал, ты еще в Сирии.
– Нет, Сирии хватит, – сказал Карлайл, – а ты откуда?
– Оперативная бригада немедленного реагирования.
– Что это?
– Совместная бригада. Польша, Литва, Украина.
– И на чьи деньги?
– Как сказать. В основном на ваши…
– Да… у вас все такие…
– Мы и в Америку пролезли на шару, верно?
Поляк вдруг посерьезнел.
– Но если честно, как меня это все задолбало…
– Что именно?
Поляк доверительно понизил голос:
– Мы дислоцируемся в Карпатах… только тс-с-с… это секрет, официально нас там быть не должно. Но на деле мы есть даже во Львове. Природа там отличная, но все остальное…
Поляк сделал нервное движение плечами.
– Я ведь сам оттуда. Мой дед был из города Станислав, мечтал вернуться туда. Но они его переименовали. Нет больше Станислава, а есть Ивано-Франковск. Там грязь, ничего не работает. И ты представь, я ездил на своей машине, и меня девять раз останавливали!
– То есть?
– Взятки, – махнул рукой поляк, – взятки. Там берут все. И за все. Если ты поляк – будут тормозить на каждом повороте, потому что у тебя есть деньги. Оберут до нитки. Потом я ездил уже на украинский машине и с эмблемой Львивской брамы [34] , как бы это не было противно. Тут не приставали.
– Что такое Львивская брама?
34
Объединение неонацистов – участников АТО. Брама – украшенная входная дверь, очень популярное во Львове украшение дома.
– Объединение ветеранов. Полиция боится их, потому что они могут убить. Они считают себя крутыми вояками, а на деле недисциплинированное ссыкло все как один.
– По крайней мере, в кой-то раз ты заплатил за себя.
– Да, только в этом нет ничего смешного, – серьезно пояснил поляк. – Они убивали поляков и не раскаиваются в этом. А наше правительство не хочет этого видеть. А ты зачем здесь?
Вопрос был бестактным.
– Обучаю грузинскую армию.
– Да? – Поляк сделал вид, что поверил. – И как?
– По крайней мере, они хотят чему-то научиться.
Карлайл заметил нужного ему человека.
– Подожди. Я сейчас…
С генералом грузинской разведки Леваном Сигуа Карлайл был знаком еще с тех времен, когда группа грузинских офицеров прошла обучение в святая святых американской разведки – на Ферме. Потом они пересекались в Афганистане.
Сигуа понял намек, увидев идущего американца. Он просто прошел, заказал столик и вышел во двор клуба. Карлайл был уже там.
– Гамарджоба.
– Гамарджоба, друг мой.
– Как поживаешь, как здоровье?
Карлайл едва не ответил «Хвала Аллаху, хорошо», но сдержался. Здесь приходилось постоянно помнить, что тут христианская страна, хотя воинственностью многие грузины могли дать фору исламским боевикам.
– Хорошо, благодарю.
…
– Вы что-то нашли?
Генерал достал платок, высморкался. Сигнал?
– Есть кое-что, дорогой. С той стороны границы – на российской земле – есть люди, которые о вас уже знают.