…Первый раз мы встретились на съемках фильма «Брат» в Петербурге. До этого я ничего не знал о Сергее и фильмов с его участием не видел. Поэтому был приятно удивлен, увидев очень обаятельного человека, и сразу проникся к нему симпатией. Нельзя сказать, что мы стали приятелями после знакомства, но мне было достаточно ощущать лишь то обстоятельство, что в этом мире есть такие замечательные открытые люди. Это всегда обнадеживает. А всего было три встречи. Последняя – после премьеры «Брата-2».

Посидели в «Идиоте» без шума и пыли. Расстались с легким сердцем. Больше не встречались.

Я подарил Сергею песню «Эхолов». Деталь в портрете Сергея – взгляд между небом и землей в тонкое, но бесконечное пространство.

Сценарий «Сестры» написан при участии Сергея Бодрова-ст. и Гульшад Омаровой

У серых металлических ворот следственного изолятора толкались, как обычно, родственники, в стороне стояла привычная очередь с сумками к окошку передач. Было жарко, окна в машине были открыты, но выйти Дине не разрешали. Дядя Миша курил снаружи, мама нервничала, красила губы и поправляла прическу.

– Ма-ам, ну можно выйти, я писать хочу…

– Господи, ну неужели ты посидеть не можешь, скоро уже…

Время тянулось медленно, какая-то тетка разревелась возле окошка.

– Пятый месяц уже, сколько можно… У кого же узнать…

Потом пришел Толя.

– Ну, скоро уже. Сейчас одного выписывают, потом Алик.

– Господи, долго-то как… – вздохнула мама.

Тут вдруг ей захотелось заплакать, и она судорожно стала махать на глаза, чтобы не потекла тушь.

Дина еще понаблюдала за милиционерами, за цыганской семьей в бархатных камзолах, и тут ее пронзила одна догадка.

– Мама, а ты знаешь, что это – тюрьма? – шепотом спросила она.

Мама после паузы посмотрела на нее как на ненормальную.

– Чтобы я этого слова от тебя больше не слышала.

И снова стала пудриться.

А потом Дина увидела, что идет папа. Такой же красивый и независимый, как всегда, с сигареткой, только в трениках и кроссовках, на плече – спортивная сумка.

– Вон, вон папа!

Все бросились навстречу, мама выскочила, а Дина все никак не могла справиться с дверью. Это было особенно обидно, тем более что она увидела его первая.

– Па-а-апа! – заорала она изо всех сил.

И тут уж они бросили целоваться и поспешили к ней, и папа поднял ее на руки, и они поцеловались тоже. Тушь у мамы, естественно, потекла, а еще сверху Дина отметила завистливый взгляд грустного цыганского мальчика.

Когда уже начали усаживаться, подошел какой-то парень, которого Дина не знала. Но дядя Миша поднял стекло, так что она особенно ничего не слышала, а сам вышел.

– Здравствуй, Алик.

– Здравствуй.

– С выпиской тебя.

– Вам того же.

– Алик, тема насчет казны возникла.

– У кого?

– Костя спрашивает.

– Казну менты забрали. Пусть у них спрашивает.

– Алик, говорят, что не забирали. Надо возвращать казну как-то.

Что-то они там еще сказали, а Дина видела, как папины пальцы щелкнули окурком и тот полетел прямо на пиджак незнакомому парню.

– Поехали, пап, я писать хочу, – Дина застучала в окошко.

Парень посмотрел на Дину, потом на пиджак, но дядя Миша уже открыл дверь, папа сел, и они наконец поехали.

Дома уже все было готово, салаты нарезаны, рыба под фольгой. Света сидела на огромной кухне, следила за мясом в духовке, слушала музыку. Что-то их долго не было. Зазвонил телефон. Пока Света думала, подходить или нет, включился автоответчик, и бабушка заверещала:

– Наташенька, доча… Наташа, Алик, вы приехали, нет?..

– Нет, не приехали еще, – противным голосом сказала в трубку Света. – Ни Наташенька, ни Аличка.

Бабушка, видимо, смутилась, и Света продолжала подружелюбнее.

– Не знаю… Как ты? Чего делаешь?.. Не знаю я во сколько; как приедут, так вернусь… Ну да, еще чего… Да не буду я тут сидеть… Все, пока. Лекарства выпила? Давай.

Машина въехала во двор, как раз когда выгружались гости – Витек и Артур с какой-то девицей. Витек был с цветами и в костюме, все снова начали целоваться и поздравлять папу. Дина решила держать его за руку, чтобы было все-таки понятно, кто есть кто.

Света посмотрела в окно, потом на себя в зеркало и пошла открывать дверь. Гости с шумом ввалились. Сначала прибежала мама: