– Ага, - сказал я, - двигайтесь ближе. Попробуем вместе, в одиночку тут явно не сдюжить...

"Если ты не Том Риддл", - добавил я про себя.

Ну а Том был легок на помине: стоило нам исчертить и изорвать всего-то десятка два страниц, как он возник за нашими спинами.

– Вы на ужин не идете, что ли?
– весело спросил он. От него немного пахло элем (не сливочным пивом, а обычным элем) и еще чем-то вкусным, должно быть, копченым мясом, ну и холодным ветром, ясное дело.

– Отстань, не видишь, мы заняты...
– пробормотала Джинни и провела еще одну линию, высунув кончик языка от усердия.

– Не так, - Миллисента отобрала у нее карандаш с ластиком (ей очень нравилась эта маггловская придумка), стерла линию и провела ее под другим углом. Она, кстати, отлично чертила даже без линейки, а глазомер у Буллстроуд оказался будь здоров!
– Вот теперь лучше!

– Остается замкнуть цикл, - обычным своим невозмутимым тоном выдала Луна и прочертила отрывистую линию, соединив два пункта.

Блок-схема (вроде бы у магглов это называлось так) была готова. Ну, во всяком случае, она в самом деле походила на блок-схему, а не на мешанину квадратиков, стрелочек и подписей.

Том, нависнув над нами, в восторге наблюдал за этим актом творения.

– А вы знаете, что это проходят на шестом курсе, и то только те, кто выживет на четвертом?
– спросил он, и мы невольно переглянулись.
– Я серьезно. Если бы ты, Рон, сунул нос еще вот в эту книжку, то убедился бы в этом воочию!

С этими словами Том выудил из-под самого низа книжной пирамиды зловещего вида потрепанную книжищу с полустершимся названием, полистал и ткнул пальцем в разворот.

– Если б вы знали пару простейших алгоритмов, которые проходят на пятом курсе, вы бы так долго не мучились. Но вы дошли до этого построения своим умом, а такое дорогого стоит, - серьезно сказал он и захлопнул книгу.
– Вызубрить любой дурак может, а вот прийти к оптимальному решению самостоятельно... Для этого требуются какие-никакие мозги и воображение!

– И усидчивость, - сказал Невилл, потянувшись. Я тоже потянулся -- шея затекла.

– И усидчивость, - согласился Риддл.
– Идем ужинать. Сегодня Хэллоуин, вы что, забыли?

Если честно, мы и впрямь забыли, а недоработанная блок-схема так и манила... Но есть все-таки хотелось, поэтому мы всей толпой отправились в большой зал.

– А можно, я еще к вам зайду?
– негромко спросила Миллисента по дороге.
– Я и не думала, что нумерология -- это так увлекательно! И что все предметы так тесно связаны...

Я покосился на Тома. Тот подмигнул, делая вид, будто ничего не слышал.

– Приходи, конечно, - ответил я.
– У тебя здорово развито это... как его...

– Пространственное воображение, - подсказал "оглохший" Риддл.

– Ага, оно.

– Может, это потому, что я училась рисованию?
– спросила Миллисента, приободрившись.
– Все эти шары, кубы, светотень, перспектива, пропорции... Это ужасно скучно, но необходимо.

– Наверно, - кивнул я.
– Лишним уж точно не будет.

– Рон умеет рисовать, - сдала меня сестренка.
– Правда, только карандашом или ручкой, и не шары с кубами, а всяких страшилищ. Ну, вроде его боггарта.

– Папе понравилось, - сообщила Луна, - но гонорар небольшой.

Тут она отделилась от нашей компании, отправившись за свой стол, а я не совсем понял, что она имела в виду. Потом мысленно стукнул себя по лбу и решил, что нужно будет проглядеть следующий номер "Придиры". Ну а потом, очевидно, поработать над другим боггартом, этот что-то приелся...

– Это вот пространственное воображение пригодится, когда вы дойдете до построения пирамид и прочих фигур, - уверил Том, - так что учитесь друг у друга... Ого! Вот это пир!

– Можно подумать, ты в Хогсмиде не наелся, - фыркнула Джинни, но себя тоже не обделила.

Вечер удался на славу. Третьекурсники делились впечатлениями, старшие посмеивались над ними и давали советы, ну а потом постепенно все потянулись по спальням...

Мы чуть задержались, потому что к ужину припоздали, так что с удивлением наблюдали, как взволнованные старосты возвращают недоумевающих учеников в Большой зал и пересчитывают по головам.

– Драко, что происходит?
– спросил я Малфоя, который вернулся в числе прочих.

– Да чтоб я знал!
– был исчерпывающий ответ.

Впрочем, слух о произошедшем мгновенно разнесся по залу: оказывается, пока мы пировали, кто-то зверски исполосовал портрет, закрывавший вход в гриффиндорскую гостиную. И этим кем-то, если верить Пивзу, был беглый Сириус Блэк, тот самый опасный маньяк и убийца...

В связи с этим нам надлежало провести ночь в Большом зале: директор щедро наколдовал всем спальные мешки и отправился обыскивать замок вместе с другими преподавателями.