– Отстань.
– Пробурчала толстуха и дернула плечом, высвобождая рукав из пальцев Алины.
– Вот прилипла, надоеда. Тоже мне, жалостливую нашла. А что там, в свертке?

– Сходи посмотри.
– Сказала принцесса чуть тверже.

– Еще чего. Лазать по этим проклятущим ступенькам. А если напорюсь на кого? Как я объясню, что мне там понадобилось?

– Придумай что-нибудь. Или договорись с Румой, если доверяешь ей. Только если крепко доверяешь.

– Руму я к себе в помощницы взяла бы, - задумчиво проговорила повариха.
– В трактир-то. Она проворная, исполнительная, и верна тем, кто к ней с добром.

– Вот и отлично, ты...

– Не жми, не жми на меня, - внушительным жестом отмахнулась Су, прерывая Алину на полуслове.
– Полезай-ка пока в свой угол, а я подумаю. И за то спасибо скажи, что над твоими бреднями думать согласилась.

– Спасибо.
– С облегчением сказала принцесса. Похоже, все сошло удачно: любопытство заставит толстуху проверить, есть ли в ``бреднях'` какой-то смысл, а совесть - по крайней мере, Алина на это очень надеялась - не позволит взять драгоценности за так.

В тайничке лежали именно драгоценности: те самые, что принцесса распихала по карманам, убегая из дворца, вернее, значительная их часть. Судя по реакции, которую они вызывали у людей - Алина вспомнила студента и тюремщика - их должно было хватить, чтобы поразить воображение немолодой деревенской бабы, всю жизнь проторчавшей на кухне и пахавшей на хозяина. Вот только поторопилась бы она - теперь девушка просто физически чувствовала, как утекает драгоценное время, но понукать упрямую повариху все же не решилась и устроилась в своем закутке, в который уже раз придя к выводу, что ожидание - самое тяжкое из испытаний.

К счастью, любопытство Су оказалось, видимо, подстегнутым достаточно, так что характер она выдерживала не очень долго. Едва утихла обеденная суета, как дверь каморки распахнулась, и тяжело дышащая повариха втиснулась в тесную кладовку. Плотно прикрыв и подпихнув для надежности плечом дверь, толстуха села на перевернутое ведро, перевела дух.

– Дело я провернула, пока те обедали.
– Сообщила она заговорщическим шепотом.
– Теперь рассказывай. Они что, краденые? У кого?

– Не краденые, клянусь.
– Спокойно ответила принцесса.
– Все рассказывать слишком долго, Су, да и не надо тебе этого знать. Но они не краденые.

– Да ведь паленые наверняка.
– Недоверчиво покачала головой толстуха.
– Может, фальшивые? Или с покойницы сняты? Во что ты влипла, детка? Ну говори, не бойся, чего уж теперь.

– Драгоценности чистые.
– Голос у Алины зазвенел от напряжения.
– Жизнью клянусь, можешь их смело продавать - после того, как я вернусь в Умбру.

– После того как... Что-о?

– Мне нужно попасть в Умбру. Как можно скорее.

– Да ты что, детка! Об этом уж сколько раз говорено, ты ж знаешь...

– Послушай, Су.
– В голосе принцессы появились вкрадчивые нотки.
– Ты ведь большой человек в этом замке. Ты, может, об этом прежде не думала, но посуди сама: на тебе здесь и продукты, и запасы, и хозяйство - кто может лучше тебя знать, когда нужно делать какую-то закупку? Кто, кроме тебя, обнаружит, что неожиданно закончился какой-нибудь очень важный припас? Разве за все время твоей работы такого прежде не случалось?

– Бывало, не спорю, - задумчиво протянула толстуха.
– А сейчас как раз самое время репсовые почки закупать; у нас, правда, с прошлой весны еще бочажок остался, да только с ним неприятность могла случиться - подмокнуть, скажем, мог... А хозяин на хлеб без репсовых почек и глядеть не станет...

– Ну вот, Су! Так все просто!

– А ты хитра, детка, - покачала головой повариха, глядя на Алину со странной смесью уважения и подозрительности.
– Даром что малолетка. Ох, втравишь ты меня в историю, чует мое сердце.

– Трактирчик.
– Мечтательно произнесла принцесса.
– Где-нибудь на выезде из города, почти у самых ворот. Уютный зальчик с камином, просторная кухня. Несколько работников. И ты - хозяйка.

– Ох, хитра. А вот скажи, зачем это мне шею подставлять, тебя вытаскивая, если побрякушки и так у меня?

– Не вытащишь меня - не сможешь их спокойно продать.
– Жестко сказала Алина.
– Хозяйка драгоценностей - я. А меня уже наверняка ищут.

– Эк завернула. Придумала бы что попроще.

– Как хочешь, Су. Только я гарантирую: вывезешь меня - и ты богата. Без всяких неприятностей.

Грустно вздохнув, повариха сообщила:

– Влипла я. Купила ты, пройдоха малолетняя, старую Су с потрохами. Ладно. Ради такого и рискнуть не стыдно. Жди здесь, а я пойду все устраивать.

– Только не тяни, Су, время дорого. Нет, постой, еще два слова. Скажи, ты о нем что-нибудь знаешь?