Она выпрямилась. Что-то заливало ей глаза — Лена утерло это рукой. Рука в синем свете показалась темной… значит, это была кровь. Боли не было даже близко. Не то шок, не то ранка уже заросла, а Лена этого даже не заметила.

— Сергей?.. — неуверенно сказала она.

Он, пошатываясь, встал. Оказывается, он лежал рядом с обломками карусели.

— Что это было? — спросила Лена.

— Мои… защитники, — сказал он с трудом, держась за плечо. — Понимаешь, у нас у каждого есть защитники… или надсмотрщики?.. — он усмехнулся. — Которые не дают нам предать. Это совершенно нормально. Согласись, что такое общество, как наше, должно иметь свои гарантии.

— И почему они выскочили? — спросила Лена, боясь поверить ответу, который уже витал в воздухе. — Они почувствовали, что ты…

— Не делай поспешных выводов, — он вскинул бледное, гордое лицо, которое теперь казалось почти мертвым. — Я еще ничего не решил…

И тут же согнулся, оседая на землю.

Лена сделала шаг.

— Не подходи ко мне, ты! — Никогда еще это слово из двух букв не звучало так оскорбительно.

И обмяк.

Разумеется, Лена не стала его слушать. Она перевернула его на спину, деловито расстегнула ворот и пощупала пульс на шее: никогда не умела находить на руке. Пульс был, слабый, но ровный.

Потом Сергея согнуло. Он перевернулся на живот, забился в конвульсиях… его вырвало.

Лена поддерживала его за плечи.

— Ты меня любишь?.. — спросил он в перерывах между спазмами.

— Да, — ответила она.

Потому что это было правдой.

И так хорошо было, что он спросил это, и что она ответила.

Фонари светили синим.

Самое отвратительное, что Лена понятия не имела, как доставить Сергея куда-то. Голиафа она, понятное дело, вызвать не могла: на нем ведь улетел Вик. Да она и не уверена была, что симорг взял бы на спину живого человека. А как по-другому… не тащить же Сергея на себе!

Впрочем, пока это было не важно. Они просто сидели на земле, среди всякого мусора, которого вдруг оказалось во дворе очень много (точнее, Лена сидела, а Сергей лежал). Электрические дуги в фонарях трещали, как трансформаторы: Лене удивительно было, почему весь этот шум и скрежет не разбудил никого в двух домах, обступивших двор. Но вот — окна оставались темны и пустынны.

Было так приятно просто держать голову Сергея у себя на коленях, смотреть на его профиль… неважно было, чем все это кончится, или что произошло раньше. Неважно было, жива она или мертва. Теперь его прикосновение больше не ранило ее. Она могла бы провести так вечность… наверное.

— Все будет хорошо, — сказала Лена шепотом.

— Какая глупость, — прошептал Сергей еле слышно, и его бледные губы искривились в сардонической усмешке.

— Ты молчи, у тебя было сотрясение мозга. Сейчас ты немножко полежишь, и мы пойдем.

— Куда?..

— Я думаю, к Ольге, — Лена сказал так, хотя секунду назад она даже не думала об Ольге.

Сергей сделал попытку сдвинуться.

— Лежи! Ты итак уже достаточно натворил. Боже, ну зачем ты так с теми, кто тебя любит?.. Нет, не отвечай! Какая я глупая, что спрашиваю… ты сейчас сказал бы, что любовь — крайне бесполезное чувство, которое ограничивает человеческую свободу и дает ложную надежду, верно?.. Нет, молчи! — Лена коснулась пальцами его губ, и удивилась, как они холодны. — Понимаешь, ты очень гордый… я за это тебя люблю тоже. Но свобода и гордость — они разные бывают. На что тебе твоя свобода, если ты ни во что не веришь, кроме нее?..

— Свобода… ни за чем, — выговорил Сергей. — Свобода нужна… просто чтобы… — он замолчал. Он, наверное, думал. Но Лена видела, что ему плохо, что мысли его путаются, и что ничего он толком придумать не может.

— Свобода нужна, чтобы… не умирать… — сказал он наконец. — Чтобы… быть вместе… с теми…

И не смог закончить.

— С теми кого любишь, да?.. — тихо сказала Лена. — Пожалуй, это единственный смысл, который приходит в голову.

— Но любовь — это еще не все, — произнес голос, знакомый и незнакомый одновременно.

Лена подняла голову. Рядом с нею стоял парень, которого она не видела никогда в жизни. Наверное, он был ее ровесником, но выглядел старше. Спокойный такой, широкоплечий… крайне редкий тип среди современных молодых людей.

— Здравствуй, Лена, — сказал он спокойно. — Меня зовут Вадим. Тебе привет от Кати. Помочь?..

Лена снова почувствовала себя как в странном, кошмарном сне.

— Что?..

— Видишь ли, я люблю твою сестру. Может, она обо мне говорила. А еще я основа. Поэтому я знаю о симарглах, и все такое.

— Что-то много развелось людей, которые обо всем знают, — сказал Лена просто оттого, что надо было что-то сказать. — Но ты очень кстати. Помоги.

Вдвоем они взвалили руки Сергея себе на плечи и повели его куда-то. Путь указывал Вадим. И не просто путь — Лена очень скоро поняла, что ведет он к Ольге. Это было только естественно: она ведь и сама собиралась добираться именно к ней, да и здесь оказалось очень близко. Но почему-то она почувствовала ужасную усталость.

По дороге им пришлось еще несколько раз останавливаться, потому что Сергея рвало. Конечно, это было сотрясение мозга, но Лена не могла отделаться от мысли, что из него лезет и еще что-то плохое, темное. Возможно, оставляя после себя только выжженную, покрытую пеплом равнину в душе.